— И поэтому ты убил ее? — спросил Джонни. — Скажи, где тело, я все уберу. Нам не нужны проблемы.
— Но люди так хрупки и недолговечны, — продолжил Микаэль, снова отвернувшись к окну. — Я вдруг захотел это исправить.
— Смерть была ей к лицу?
— О нет, я не убил ее, не совсем, — инициировал. Она станет вампиром.
— У нас очередь на инициацию длиной со Звериное кольцо! Есть люди, готовые заплатить миллионы!
— Знаю. Больные, увечные, фанатики…
— Богатые! Нам нужны деньги, чтобы поддерживать достойный уровень жизни.
Микаэль равнодушно глянул на Джонни.
— К тому же у нас нет свободной квоты! — не сдавался тот. — Ты так ценишь спокойствие, а сам создал скандал на ровном месте.
— Кэти, подойди сюда, милая, — позвал альфа.
Блондинка прошла мимо Джонни, остановилась перед альфой, склонила голову. Джонни не успел увидеть движения Микаэля, раздался резкий звук, будто кто-то смачно укусил сочное хрусткое яблоко. Голова Кэти подкатилась к его ногам, аккуратный прямой носик ткнулся в блестящую туфлю. Обезглавленное тело рухнуло, высыхая на глазах, кожа почернела, обтянув кости туго, как чулок.
— Теперь у нас есть квота. Жаль, что она была молодым вампиром, столько мусора. Если бы умер я, осталась бы лишь горстка пепла, — меланхолично сказал Микаэль. — Начинается!
Тонкая розовая полоса пересекла небо, золотые нити выпростались из-за горизонта, легкими росчерками штрихуя небо.
— Как прекрасно, — выдохнул Микаэль. — Ты только посмотри…
Джонни зажал оторванную голову под мышкой, второй рукой обхватил иссохшую щиколотку и потащил тело прочь.
— Вот и моя берлога. — Брун, повозившись с замком, распахнул двери квартиры, пропуская гостью вперед.
Эльза вошла, озираясь по сторонам, чемодан громыхнул, переехав через порог.
Брун включил свет, переступил шубу, которую Эльза, явно привыкшая к более галантному обращению, не глядя сбросила с плеч.
— У тебя ковры на стенах? — ее голос дрогнул. — Я такое только на бабушкиных фотографиях видела.
Эльза присела, подобрала шубу с пола и повесила на вешалку рядом с его потрепанной курткой.
— Уютно, мне нравится, — буркнул он, прячась в недрах квартиры. — Проходи, располагайся. Я сейчас.
Он поставил в духовку замороженную пиццу и вернулся в гостиную с бутылкой вина и бокалами, неся их, осторожно зажав между пальцами стеклянные ножки. Эльза ходила по комнате, рассматривая обстановку: она провела кончиками пальцев по ворсу ковра с затейливым орнаментом, напоминающим то ли зверей, то ли цветы, выглянула в окно, отодвинув тяжелую коричневую штору, взяла с полки деревянную статуэтку птички и протерла пальцем пыль на загнутом клюве. Брун забрал птицу и, водрузив ее на место, протянул гостье бокал вина.