Просыпаюсь ночью – как по заказу и иду с щепками и свечкой. Подхожу к комнате, Таисия спит без одеяла, что мне очень на руку. С виртуозностью профессионала – стоит только вспомнить лагеря, продеваю щепочки между пальцев ног и вишенка на торте – зажигаю все палочки. После всего спокойно возвращаюсь в свою комнату, и даже дверь на табуретку не закрываю. Проходит минут десять, и поместье оглашает жуткий вой, вот у кого голосина, Шаляпин позавидует.
Немного выждав, иду на всеобщий рёв. Все обступили дочь мачехи, а она, лёжа на кровати, воет во все лёгкие и крутит ногами как будто едет на велосипеде. Мне приходилось это испытать, лагерь — это школа выживания. Кто бы, не пытался подойти к Таисии, она начинала быстрей крутить ногами и все отходили. Концерт ещё продолжался, а я пошла спать. Урок был преподнесён, а сделает она выводы или нет – посмотрим.
На следующий день после завтрака я пошла искать библиотеку, чтобы узнать больше об артефактах. Она нашлась на третьем этаже. Вот это библиотека, даже предположить не могла, что такие библиотеки бывают. Книг просто – море, хотя я море не видела, но слышала, что очень большое. Ну и где искать?
Выделяется одна книга своей потёртостью. Достаю её – магия и артефакторика. Беру для начала эту, а в комнате ложу её под подушку – подальше от любопытных. Тот мешочек, что служанка взяла у папаши, тоже лежит под подушкой. Я уже несколько раз хотела отдать его папаше, но не знаю, как это ему преподнести.
Если уж сам заведёт разговор, то скажу, как есть, тут без вариантов. Из книги узнаю, что я попала в суздальскую империю и почти у всех дворян есть какая-нибудь магия. Надо спросить у папаши, у нас есть магия или мы недостаточно богатые. Я вот в себе не ощущаю ничего этакого. Вечером приезжает в карете папаша, и я выхожу его встречать. Он обнимает меня за плечи, и мы идём в его кабинет.
— Что-то случилось?
— Нет, всё в порядке. Теперь всё в порядке. Твоя мамаша была из графского рода, мы полюбили друг друга, и я ходил к ним свататься, но мне отказали – недостаточно высокородный. Мы обвенчались без согласия её родителей и никогда не жалели об этом. У меня было какое-то затмение, когда я женился на Эмилии Федориной.
И поскольку было венчание ничего сделать уже нельзя. Наш семейный поверенный законник предполагает, что была использована запрещённая у нас жидкость – гермейская, которая подчиняет человека полностью и можно заставить его сделать что угодно. Мы предполагаем, что у Федориной есть такая жидкость, и она использует её, когда ей это выгодно. Не так давно она заставила меня написать завещание на себя. Но после того что с тобой случилось я как будто очнулся. И сегодня я переписал всё наследство на тебя, документы хранятся у моего поверенного, а копия будет у тебя. И он протянул мне бумаги.