Черников принялся тут же писать список, и скорость его заполнения явно свидетельствовала, что там будет немало редкостей.
— Григорий Павлович, есть на кого свалить катаклизм или инициацию разыграем?
— Придумаем, — кивнул безопасник, сверля меня не менее «добрым» взглядом, чем Черников. И лишь императрица смотрела на меня со смесью облегчения и благодарности.
— Значит, решено! Вызываем на побережье Мерзликиных, Хладовых и Карских. Морозовы и Ветровы на подхвате. Балтику сковываем льдом не в декабре, а в октябре. До марта пусть иностранные лоханки болтаются, где хотят. А мы тем временем устроим проклятие в Чёрном море. Пётр Ильич, надеюсь на вас.
— Убытки будут колоссальные… — пробормотала императрица, но наткнувшись на взгляд принца тут же поправилась: — Но гораздо меньшие, чем если по нашей земле пройдутся чужие войска.
— Все верно, матушка. Мы меняем угрозу вторжения на гарантированные, но контролируемые убытки и собственные условия ведения военных действий.
Андрей Алексеевич смотрел на карту, его взгляд скользил по линиям возможных ударов. Он видел не только карту, но и лицо матери, ещё не отошедшей от шока, и стальные глаза двоюродного деда.
— И да, вам бы, Михаил Дмитриевич, где-то в районе Днепровских порогов ударный резерв сформировать. Будем бить оттуда, где к нам всё же сунутся. И ради всех богов, устройте вовремя переход на зимнюю форму. Чтобы от обморожения наши же войска не пострадали.
Великий князь кивнул. На этом Совет завершился. Его участники принялись покидать кабинет один за одним, и когда наступил наш черед с бабушкой, я услышал оклик принца:
— Юрий Викторович, Елизавета Ольгердовна, задержитесь.
Мы с бабушкой переглянулись и вернулись на свои места.
Как только в кабинете остались лишь Пожарские да начальник имперской службы безопасности, принц заговорил:
— Служба Григория Павловича несколько перестаралась в Скандинавии, дав обещание, которое выполнить в силах лишь вы. Дело в том, что профинансировав совет местных ярлов, они от вашего лица дали согласие на участие в этом совете, тем самым подтвердив полную лояльность Российской империи скандинавскому этническому надгосударственному образованию. Проще говоря, агенты Григория Павловича пообещали, что на стороне скандинавов выступит русский архимаг по крови являющийся исконным ярлом. Вам бы нужно съездить и подтвердить лично своё согласие и заявить права на исконные земли Утгардов.
Я чуть не заржал. Без меня меня женили. Ну или как в данном случае в аренду скандинавам сдали в борьбе за независимость. Но это был тот случай, когда я был абсолютно не против, раз уж само в руки плывёт. Официальная командировка на прародину в государственных интересах и даже ничего не нужно выдумывать с причинами отсутствия. Кажется, божественная сущность, покровительствующая Угаровым, задолбалась ждать, пока я сам прибуду, и решила дать мне решительного пинка в нужном направлении.
В ослепительном сиянии полуденного солнца, под сенью пышных исполинских пальм, чьи листья шелестели на ветру, словно живые, копошилось Оно. Своё первое проклятое имя существо уж и не помнило за давностью лет, а последующее, имя надежды и сопротивления, сбросило, как ненужную кожу. Его алый хитиновый облик выделялся кошмаром на фоне буйной зелени и магически насыщенного источника жизни.