Из этих камней артефакторы могли делать магические накопители. И эти камни везлись из-за моря, на территории Дракариса таких камней не было.
А вот при упоминании слова «кондимес» память Айрин подсказала, что это дороже артефактных камней.
Судя по запаху, это была корица. Возили её небольшими партиями, и для драконов она была дороже золота, потому что благодаря кондимесу дракон мог зачать ребёнка и без истинной.
Да, у драконов была проблема с рождаемостью. Дети у драконов могли родиться только от истинных. Но не каждый дракон мог встретить свою истинную.
Спустя десять долгих дней, когда стало казаться, что дорога будет длиться вечно и мы никогда никуда не придём, караван остановился.
Я дремала, и очнулась от криков и плача. Встала в клетке, вытянулась, чтобы посмотреть, что там происходит.
— Что случилось? — спросила я стоящего рядом наёмника.
Обычно они не разговаривали со мной. Если поначалу они все отвешивали мне грязные шутки, то к концу десятого дня даже им это уже надоело.
— Мёртвые земли, — коротко ответил он.
И я застыла, вглядываясь вперёд.
Сначала мне было непонятно, что делают Зиф, Гера и какой-то старик, похожий на монаха. Они устанавливали какие-то деревянные конструкции, разжигали жаровню и поглядывали на небо.
Душу кольнуло нехорошее предчувствие. И когда солнце стало клониться к закату, я поняла, что моё предчувствие меня не обмануло.
Купцы, которых я почти полюбила за это путешествие, готовились принести жертвоприношение. Человеческое жертвоприношение.
Они выдернули из толпы рабов двух женщин пожилого возраста и юношу, он был какой-то худой, весь изможденный. У меня даже появилось ощущение, что они специально его взяли для того, чтобы вот здесь он и закончил свои дни.
Это было странное ощущение. Я, ещё недавно считавшая себя цивилизованным человеком, стою и смотрю, как других людей приносят в жертву. И ровным счётом ничего не могу с этим поделать. Я вдруг поняла, что я ничем не лучше тех женщин, которых насиловали каждую ночь, и кто с осуждением смотрели на меня, избежавшую этого. Я, ведь тоже стою и… радуюсь, что это не меня забрали на стихийно организованное капище.
Я попыталась закрыть глаза, но поняла, что не могу этого сделать. Странное чувство: я не хочу это видеть, но ещё больше я не хочу вообще об этом знать. И при этом я словно заворожённая смотрю на то, что происходит и у меня полное ощущение, что это не реально. Я вдруг впала в какой-то транс, словно вылетела из тела и стала смотреть со стороны.
А ведь именно так и сходят с ума, вдруг пришла мысль, когда ум не в состоянии принимать действительность, мозг сам заставляет себя поверить во что-то другое. И я, испугавшись, что сейчас я потеряю себя, пусть даже в таком кошмаре, но лучше я останусь в своём уме, вдруг снова вернулась в тело.