Через два дня меня снова вызывают на допрос. Он физиономии следователя Рябова меня тошнит. Прекрасно понимаю Тимура, который съездил ему по лицу.
– Присаживайтесь, Надежда Владимировна, – он отодвигает для меня стул в своем убогом тесном кабинете. Темно-серые обои в черную полоску, облупленный лакированный стол, громоздкий шкаф с кучей ящиков. На каждом маленькая табличка с датами с промежутком в несколько лет. Линолеум вытоптан в некоторых местах до дыр, огромный металлический сейф подернут тонким слоем пыли. Да, эта затхлость от нее. Она летает в воздухе, оседает в легких, душит. А Рябову хоть бы что, он тут словно жаба в болоте – на своем месте.
– Спасибо, – опускаюсь на неудобный деревянный стул. Сумочку кладу на колени. – Где мой адвокат?
Фаина Волкова тоже меня недолюбливает, это я кожей чувствую. Смотрит на меня свысока с легким презрением, почти не помогает с ответами, если я теряюсь. Ей как будто все равно, что я говорю и как. Не понимаю, ее ведь обязанность защищать Тимура. А вдруг я какими-то словами наврежу ему, сама того не понимая?
– Откуда ж мне знать. О нашей встрече она уведомлена, – Рябов разваливается в своем потертом кресле из кожзама. Подпирает кулаком небритую щеку. – Не хотите сообщить нам ничего нового?
– Нет, я уже обо всем рассказала, – отвожу взгляд, смотрю в окно. Но там ничего интересного, лишь уродливые черные ветки деревьев да воронье. В такой обстановке недалеко до сумасшествия, а Рябову хоть бы что.
– Зато у меня для вас есть кое-что интересное, – его глаза блестят каким-то адским огоньком. Рябов открывает папку, лежащую перед ним, и вытаскивает несколько фото, передает их мне. – Думаю, вы должны знать о том, как ваш любимый муж проводит время в тюрьме, пока вы так сильно переживаете о нем дома.
Издевка в его голосе острым лезвием бьет по моим нервам. Взгляд падает на фото.
– Это монтаж! – я зажмуриваюсь, чтобы не видеть больше того, что изображено на фотографиях.
Глава 29
– Надежда Владимировна, я следователь, а не жулик, – Рябов надменно усмехается, – но, раз вы не верите фотографиям, давайте посмотрим видео.
Он разворачивает ко мне старенький монитор, на котором застыло изображение убогого бетонного помещения. Оно небольшое, с узким окном под потолком. В центре стол и два стула. На одном из них сидит Тимур.
На глаза набегают слезы – я не хочу этого видеть!
Нет!
Пожалуйста!
Только не эта грязь!
Я слышу, как щелкает кнопка клавиатуры, и картинка на экране оживает. Звука нет, но он и не нужен. Ненавистная женская фигура, застывшая напротив Зорина, начинает двигаться. Обходит его по кругу, грациозно вышагивая, кладет ладони на плечи.