Братья нарезали охапку папоротников и сделали мягкое ложе, укрытое плащами Идана, из-за раны не принимавшая участия в приготовлениях, а только следившая за ними, сидела рядом с Пайтаном. Оба делились история из жизни охотников, и было видно, что Пайтан потеплел к охотнице. Да и она тоже стала дружелюбнее.
— А он начал дергаться, и петля сама затянулась, — со смехом закончила историю Идана. — Шкуру, кстати, нужно выделывать особым способом, тогда можно продать дороже.
— Потом покажешь, какую петлю использовала, — попросил Пайтан.
— Само собой, — она дружелюбно толкнула охотника в плечо, а затем повернулась к подошедшему Двену. — Эй, магистр, костёр-то разводим?
— Обязательно. Но бездымный, — Двен создал несколько языков пламени и поджёг большой пень у входа в пещеру. Развлекайся.
Идана начала нанизывать кусочки хлеба на прут и поджаривать в огне. Вскоре остальные присоединились к скромному ужину из остатков наших запасов.
— Завтра будем ужинать в Тасги, — пообещал Двен.
Было видно, что он пытается нас поддержать, но сам переживает, и отнюдь не из-за скудного ужина. Руки магистра Родруна то и дело окружало едва уловимое свечение, как бывало всякий раз, когда он думал об Айлин. Не пытаясь вывести его на разговор, я просто направила всё своё сочувствие в его сторону, надеясь, что ему хоть немного станет легче.
Быстро стемнело, мы улеглись в пещере. Внезапно свод, покрытый каменными натёками, начал медленно пульсировать над нами.
— Что такое?! — Идана привстала, схватившись за серп.
— Не обращай внимания, здесь всегда так, — уверил Двен. — Болотные газы струятся наверх и создают мерцание.
— Не, я про него, — охотница указала на тень над выступом стены.
Присмотревшись, я увидела к глубине тени блестящие глаза, а затем силуэт огромной птицы.
— Ворон? — спросила Лонкоя, тоже всматривавшаяся в тень.
— Скорее верравен, — уточнил Пайтан. — Существо, что бродит по топям тенью и принимает облик ворона лишь изредка.
Блестящие глаза существа устремились на нас. Хотя я знала, что со мной четверо опытных охотников, сильный огневик и храбрая подруга, по спине пробежал холодок. Взгляд верравена казался слишком человеческим, он проникал в самое сердце, заставляя отпрянуть и плотнее укутаться в плащ.
И через пару мгновений после того, как мы его обнаружили, верравен исчез в темноте. Не было слышно ни шелеста перьев, ни хлопанья крыльев — верравен словно растворился в холодном ночном воздухе. Только жуткое предчувствие разлилось в воздухе, охватывая нас и пронизывая до костей.
Замерев, мы прислушивались к шелесту листьев у выхода из пещеры. Ни одного намёка на то, что здесь только что взлетела огромная птица..