— Можешь. Взять. Лекарство. В лаборатории.
— Шутишь?
— Я уже выполнил план по жестокому обращению с детьми сегодня. У меня лимит, знаешь, — по одному засранцу в день. Так себе принцип в случае с твоими букашками, из которых вырастут мерзавцы вроде папаши — но ничего не могу с собой поделать.
Они подлетали к зданию института. Кайнорт признался, что растил близнецов — мальчика и девочку пяти лет. Об их матери эзер не рассказывал, а Эйден не спрашивал, чтобы не расшатывать свою ненависть. Диагноз поставили сутки назад. Все же он поглумился напоследок.
— Почему было не сказать мне об этом вчера? Ну или в архиве. — Он вздохнул и прикрыл глаза. — Я бы помог. Ты бы меня отпустил. И самое главное, мой глаз остался бы при мне.
— Очень смешно. Мне даже сейчас еще кажется, что это блеф.
— У тебя проблемы с доверием.
— Тебе не понять. Ты никогда не был действительно… нет, не злым… плохим. Бывало всякое: ты поступал жестоко, немилосердно, и ничего святого в тебе нет. Но ты не знаешь, что значит быть натуральным монстром. А я знаю, Эйден. Тело этого зверя у меня в прошлом, щупальца в настоящем — и даже в будущем мне видится кончик его хвоста. Я не щадил ни чужих женщин, ни их детей, поэтому и не жду теперь жалости к своим. Проблемы с доверием, говоришь? Да я вообще не знаю, что это.
Крыть было нечем, и Эйден промолчал. Эзерам приходилось по крупицам выгрызать для себя жизнь из той скалы ненависти, что возводили перед ними.
В лаборатории Бритц снял с андроида наручники и получил от него лекарство.
— Здесь хватит на три дня. За это время я что-нибудь придумаю.
— Спасибо. М-м… Может быть, я могу чем-то помочь? — Кайнорт чуть было не сказал «еще чем-то», но вовремя опомнился, полагая, что император вряд ли попросит выжечь ему и правый глаз.
— Ты совершенно случайно не разбираешься в соединениях ртути?
— Нет.
— Цезия? Галлия?
— Я полицейский.
— Тогда ничем.
Император принимает яд, а мини-Джур становится предателем
Как только эзер ушел, Эйден бросился к компьютеру. Где бы ни находилась его непутевая ассистентка, на автоматическую связь с лабораторией ее комм не выходил с прошлого вечера. Андроид ведь не знал, что гаджет замерз еще в холле архива. Он нашел домашний адрес Самины в общем перечне сотрудников. На его запрос интеллектуальная система управления домом ответила, что хозяйки нет уже несколько часов.
Да где же она?
Первой (и не самой разумной) мыслью было вернуться к архиву. Если девчонка не попалась охране, она могла все еще плутать по коридорам или угодить в одну из ловушек. Представляя один жуткий исход за другим, Эйден обошел защитный контур этажа и выяснил две вещи. Первая — систему Кай переустановил на совесть, лазеек не было. И вторая — фантазия на кровавые сценарии у него самого оказалась чересчур богатой. И больной.