— Всё в порядке. А Ксейден улетел раньше. Мы не всегда ладим.
Я сделала еще глоток, затем заглянула в кружку. Должно быть, на кухне изменили рецепт, потому что у лимонада был странный, хотя и знакомый привкус.
— Я говорил правду, — тихо произнес Нолон, покосившись на кремовую сумку у меня на плече. Кремовую. Не черную.
Мое сознание затуманилось, и все поплыло перед глазами, когда я посмотрела на него.
«Тэйрн…»
Тэйрна не было. Все мои связи стали нечеткими.
Нет. О боги, нет.
Но… но я годами доверяла Нолону свою жизнь.
— Я никогда не хотел, чтобы ты пострадала, — прошептал Нолон с виноватым видом, когда кружка выпала из моей руки и покатилась по гравию. — Но я не могу защитить тебя от последствий твоих собственных поступков, когда ты подвергаешь риску жизни всех мирных жителей этого королевства.
Рядом послышались шаги. Мир плавал у меня перед глазами, но я разглядела склонившееся надо мной лицо Варриша.
— Так-так, кадет Сорренгейл, и во что это вы вляпались?
Единственная печать страшнее, чем у интинсика, — это видящий правду. И тем не менее их мы оставляем в живых.
Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)
Я медленно моргнула. Зрение фокусировалось медленно и неохотно. От затылка расходилось глухое, пульсирующее давление, но серый туман перед глазами слегка прояснился, позволяя увидеть камни, выложенные в форме спирали, и пятно от копоти. Что это? Потолок?
— Нас это не волнует, — сказал кто-то. Его хриплый голос был мне незнаком. — Мы следуем приказам.
Меня прострелила вспышка адреналина, заряженная страхом, но я напрягла мышцы, заставляя себя оставаться как можно неподвижнее, пока не пойму, какого хрена тут творится.
— Будет волновать, если она узнает, — ответил другой голос, женский.
Пахло сырым мхом и железом, воздух был прохладным, но спертым. Мы явно находились под землей. Тишину прерывал только размеренный звук капель и разговор.
— Она в Коллдире. У нас есть неделя до ее возвращения, — произнес хриплоголосый.
Тут я осознала, что сижу; вот что впивалось мне в затылок — спинка стула. Давление на запястьях и лодыжках тоже было знакомо. Я прикована, прямо как на учениях.
«Тэйрн…»
Я потянулась к дракону, но связь была туманной, и моя сила не отозвалась.
Лимонад. Сумка. Нолон.
Блин. Меня поймали.
— Ага, — надо мной появилось чье-то небритое лицо и улыбнулось, обнажая три дырки на месте недостающих зубов. — Майор, ваша пленница очнулась.
Он отошел, и я подняла голову, оглядывая место, в котором очутилась.
Камера была в форме сужающегося прямоугольника, и дверь — точно такая же, как в допросной, — находилась в меньшей части. Однако это помещение предназначалось явно не для обучения. Мой тюремщик был в голубой форме пехоты, а значит, я на гауптвахте.