— Прошу!
— Да-да… да… Вон они! Рядом!
Выпущенная Потаповым пуля разнесла часть доски в щепки! Впрочем, беглецы уже этого не видели, сейчас главное было, не рухнуть в котлован, не переломать ноги… Преследователи снова начали стрелять, засвистели над головами пули.
— Туда! — Настя нырнула в какой-то темный проем… и доктор последовал за нею.
Вовремя! Погоня пронеслась мимо.
— И все же, рано или поздно они нас обнаружат… — прикидывая, что же теперь делать, негромко протянул Иван Палыч.
Настя вытащила из сумочки фонарик:
— Ой! Тут — дыра! Целый подземный ход… Идемте же!
Беглецы дружно нырнули во тьму. Похоже, иного выхода и не оставалось — голоса преследователей слышались у самого входа в подвал.
— Идем!
Осторожно отодвину принцессу, доктор проник в подземелье… И замер! Узкий луч фонаря выхватил из темноты… желтые человеческие черепа и кости!
Выложенные затейливыми узорами, они было везде! И впереди, и слева, и справа боков… Горы черепов! И целое море костей!
Вся эта жуть терялась, таяла во тьме, уходя, казалось, в Ад!
— Одна-ако! — Иван Палыч невольно поежился.
— Ничего страшного! — неожиданно весело рассмеялась Анастасия. — Это парижский оссуарий, катакомбы. Когда-то сюда свезли кости со всех старых городских кладбищ. Ну, их начало подтоплять, вот и… Идемте же скорей, Иван Павлович! Здесь они нас ни за что не найдут.
Наверху послышались гулкие голоса — злодеи совещались. Настя выключила фонарик. Беглецы затаились, выжидая…
— Идемте пока так, на ощупь, — взяв доктора за руку, шепнула принцесса.
Иван Палыч молча кивнул, и, шагнув в темноту, вздрогнул:
— Что это?
Со всех сторон вдруг послышались скрипы, слабый вой и стенания… словно покойники вдруг задумали пожаловаться на свою злую судьбу!
— Это просто ветер, — голос юной барышни звучал уже не столь уверенно. — Сейчас немного пройдем… и включим фонарик! Обязательно включим — да-да!
— Думает, они за нами не пойдут? — всматриваясь в темноту, покусал губы доктор. — Черт!
Прямо перед ним, впереди, вспыхнули вдруг два желтых глаза!
— Наверное, кошка… — неуверенно протянула принцесс. — Кис-кис!
Кто-то мяукнул… Горящие глаза исчезли. Верно, и впрямь — кошка.
Здесь и крысы вполне могут быть, — подумал вдруг Иван Павлович, однако, вслух ничего говорить не стал.
Вспыхнул фонарик, выхватив из темноты скалящиеся черепа и причудливо разложенные кости.
Узкий проход разветвлялся, уходя в неведомое — и куда сейчас было идти? Где-то впереди снова послышались стоны… Ветер?
— Черт! — снова выругался доктор, почувствовав, как упала за воротник крупная холодная капля.