Все такой же улыбчивый щеголь с усиками и напряженно-холодными взглядом…
— Уходите! Живо! Вон, за деревья…
Доктор, не колеблясь, бросился к укрывшимся за машинами девушкам:
— Барышни, за мной! Быстро!
Краем глаза заметил, как еще один бандит схватился за грудь…
Штольц стрелял метко! Еще бы… В германской разведке учили на совесть.
— Иван Палыч! Иван!
Ну, слава Богу! На звук выстрелов из здания санитарной инспекции выбежали Блюмкин со своими парнями. Выбежали, и тот час же открыли огонь. Послышался полицейский свисток…
Видя такое дело, двое оставшихся в живых налетчиков поспешно уселись в темно-зеленый «Вандерер» и ударили по газам…
Со свистом развернувшись, автомобиль быстро помчался прочь… В руке Блюмкина дернулся, рявкнул маузер…
Похоже, пуля угодила в колесо.
Потеряв управление, темно-зеленая «куколка» выкатилась на набережную, пробила парапет и, подняв тучу радужных брызг, ухнула в синие воды бухты Золотой Рог.
Появившиеся турецкие полицейские оцепили место преступления. С их старшим уже общался Чичерин. Что же касается Штольца — тот исчез, и, похоже, бесследно…
Ого! Да он, кажется, ранен! У переднего колеса темно-красного «Рено» виднелись бурые пятна…
Если ранен, куда он мог деться?
Оглядевшись вокруг, Иван Палыч заметил прятавшееся за каштанами авто. «Вандерер»! Точно такой же, как у бандитов, только темно-синего цвета. Пустой…
Хотя… Что-то шевельнулось в кабине.
Между тем, Блюмкин приказал охране увести принцесс. Молодец, сообразил-таки.
Вокруг, несмотря на все усилия полицейских, уже собралась любопытствующая толпа. Даже газетчики набежали, выхватили блокноты… Еще один настраивал фотокамеру.
Продравшись сквозь толпу, Иван Павлович подошел к «Вандереру»… Ну, так и есть!
— Еще раз здравствуйте, герр Штольц… Или как вас там?
— Вообще-то, риттер Венно фон Ашенбах, если вдруг забыли… — натянуто улыбнулся немец. — А, впрочем, пусть будет — Штольц.
Выглядел он сейчас не очень: бледное лицо, посеревший губы… Ранен.
— Правое предплечье задели, — Штольц повел плечом. — Хорошо — навылет. Самому перевязаться затруднительно. Поможете, доктор? Вон аптечка, бинты… Вожу на всякий случай.
— Хорошо, хорошо, перевяжу… Только ведь заметят же!
— Не заметят, — через силу хохотнул фон Ашенбах. — Все зеваки сейчас там… где полиция и трупы. К тому же, не забывайте — это Константинополь. Никому ни до кого нет дела.
— Черт с вами! Давайте ваши бинты… Нож, надеюсь, найдется? И йод…
— Спирт подойдет?
— Подойдет… Спокойно, не дергайтесь!
Иван Палыч умело разрезал рукав и, промыв рану спиртом, быстро перебинтовал руку.