— Это правда что это дело не недели и даже не месяца. Да только ты давно привлекла внимание церкви. Еще тогда, когда зашла в главный собор города с Марией Трапимировной. Следить за дворянами и пытаться выяснить, подойдет ли кто нибудь из их окружения для потенциальной вербовки — наша первостепенная задача. Но в твоем случае была такая удивительная вещь как отлично сделанные документы и нулевая информация о тебе от настоящих людей. Бумажки это хорошо, Мира, только воспоминаний о тебе у мирян твоей деревни они не дают. Так что вот твой шанс опровергнуть мою гипотезу — скажи мне правду о себе. Кто ты?
Он говорил и говорил и каждое слово было словно молотом по заготовке на наковальне. При этом, священник, не прекращая свою речь, начал шагать прямо ко мне. Каждый скрип дерева под его статной широкоплечей фигурой отдавался гулким эхом, что резонировало с чем-то глубоко в моей душе. Я вздрогнул и отступил на шаг назад, чуть не убежав в панике. Ну уж нет, я должен развеять его уверенность в том, что я спалю мир, при этом не выдав настоящего виновника.
— А вы не боитесь что надавливая так на потенциальную причину апокалипсиса, вы тем самым его не спровоцируете? — Пытался я держать лицо и вертеться как уж на сковородке.
— Боюсь, каждый боится смерти. Особенно принимать на себя такой грех как стать причиной того, что оружие все же сделало свой выстрел. Однако, я готов попробовать тебя заковать быстрее, Мира. Так что, пока ты не оказалась в блокирующих аргу кандалах, я прошу тебя мне исповедаться. Скажи правду о себе, развей тайну и перестань быть девой из пророчества.
Мне не хотелось раскрывать правду о себе. Слишком она мне кажется позорной, тем более когда ее пытаются вытянуть из под палки. Но тут меня внезапно осенило! Ведь это не единственная моя тайна…
— Хорошо, я скажу. Но можете ли обещать что поверите мне даже если этому нет доказательств? — Уточнил я у него немного заискивающим голосом. Он сразу смягчился когда понял, что я начну с ним говорить, так что сказал намного добрее чем раньше.
— Это уже наши проблемы. Главное, что ты согласна говорить. Расскажи мне свою историю, Мира. — Собирался внимательно слушать мою правду отец Горемысл, схватив меня за руку. Это было довольно грубо, но видимо это была дополнительная страховка против убегания. И он как-то странно разместил на ней свои пальцы. Но сейчас это было не самое важное. Нужно было спасать себя от церковника, что решил что перед ним почти сатана.
— Не волнуйся. Я просто могу почувствовать вранье с помощью особой техники. От профессиональных лгунов она не спасает, однако, на то они и профессионалы.