— Какой ужас! — пискнули девушки на эти сравнения сделанные по отношению к живому человеку.
— Да, именно. А на выскочке почти не было ран.
— Так это была мужская схватка за ее сердце! Теперь все наконец-то сложилось! — Воскликнула девушка, у которой прямо сейчас была в руках маленькая книжка, куда она старательно записывала получаемую ценнейшую информацию.
— Но ведь Казимир ее брат вроде как? Фамилия же одна? — Поинтересовалась девушка, ведь в дворянской среде однофамильцы не слишком распространены.
— Да черт этих простолюдинов поймешь! Увидели где-то корягу и тут же появилось десять тысяч Коряговых! Нет в них элегантности и уважения к прародителям рода. Да даже если и брат! Это же только делает ситуацию острее!
— Погодите! — обратила на себя внимание другая девушка в аккуратных очках. Она поправила их, отчего они блеснули каким-то нехорошим светом. — Но раз Казимир был как отбивная, то кто его тащил? Мира и тащила! Схватка была не за ее сердце между двумя мужчинами, все сложнее чем вы думаете! Это она сражалась за сердце Казимира против Иоанна Трапимировича! А он, проиграв, решил, что не доставайся ты никому и напал на него! — Вбросила девушка теорию на потеху толпе и удалилась, внутренне смеясь. Потому что там после этого произошел самый настоящий взрыв. Обвинение в мужеложстве было тяжелым, однако, вместе с тем, весьма интригующим!
Как бы не были сильны стереотипы, мужчины любят посплетничать иногда даже больше девушек. А потому, пусть и с другим взглядом на ситуацию, эта тема обсуждалась так же и в мужском кругу. Молодые люди в красивых и цветастых костюмах на полном серьезе занимались подтруниванием над, внезапно, Диомедом.
— Что, сорвалась твоя очередная потенциальная жена? Эх ты, вот у тебя конечно вкусы странные, ты то на Марии был помолвлен, то теперь подкатывал к ее бывшей служанке. Теперь и ее отобрали. Дальше кто там у тебя в целях?
— Ну твоя сестра, возможно? Сколько ей там, тринадцать?
Максимально беззлобно огрызнулся главный герой этого вечера для внушительного процента дворян. Он был общителен, весел и умели смеяться над собой. Что иногда было решающим. Ведь в их коллективе были разрешены шутки любой степени ужасности, только пока они не переходят на родителей. Родители — святое.
Так что мужской коллектив, столпившийся возле ставшего героем дня Диомеда, еще очень долго не рассасывался, пытаясь своим разумом роя подобрать ему новую девушку. Достаточно странную или высоко сидящую, чтобы ни у кого на нее не было планов, но при этом еще и нужно было выдумать ситуацию в которой она Диомеду не достанется. Причем он же в этих обсуждениях и участвовал, иногда провоцируя взрывы смеха.