— Нет, — невозмутимо ответила жена. — Я передумала продавать свою долю.
— Что?! Подожди, ты не понимаешь… Мы взяли задаток, если откажемся, то мне придётся вернуть его в двойном размере!
— Ничего страшного, вернёшь.
— Ада, нам надо поговорить! — жене.
И тут же, понизив тон, к нотариусу:
— Простите, мы оставим вас на десять минут!
Схватив Адель за руку, он втащил её во вторую комнату и зашипел:
— Ты что творишь? Что значит — передумала продавать?! А трёшка? Упустим? И где мы найдём второго идиота, который готов выложить за нашу хрущобу такие деньги?!
— Трёшку я не видела, — спокойно ответила та,- Она вообще существует?
— Ты думаешь, что я вру?!
— Не ты, а Дёмин. Я ему не доверяю. В Сочи я видела его вместе с Ярославой, но не стала тебе говорить. Ты уверен, что он действует в твоих интересах? Может, это Славка его науськала, чтобы нам навредить?
— Ярослава… Глеб, — поперхнулся Дерюгин.
— Да, они вместе. Второе — я не доверяю этим покупателям. Кто знает, может, они так деньги отмывают? Или ещё какую афёру замыслили? Кому нужна старая двушка в Бутово, ещё и дороже её рыночной стоимости? Расплатятся фальшивыми купюрами, что тогда будем делать? Нет, Владик, на таких условиях я ничего продавать не буду!
И как он ни старался, жена стояла на своём.
Пришлось отпустить нотариуса, оплатив ему потраченное время и невостребованную услугу.
Часы неумолимо приближались к шестнадцати, но у него оставалась надежда, что Аделаида согласится подписать договор продажи. Влад призвал всё своё красноречие, ходил вокруг строптивицы, пел соловьём, обещал оформить новую квартиру полностью на жену — ничего не помогало.
В конце концов, пришлось ехать на встречу одному.
Как следовало ожидать, приобретать половину квартиры покупатели отказались, Владимиру пришлось вернуть им залог в двойном размере и оплатить услуги риелтора.
Домой он вернулся в отвратительном настроении и… Сорвался.
Всё, что копилось несколько дней, всё, что он узнал про свою жену — Дерюгин выплеснул ей в лицо.
— Шлюха! — бросил Дерюгин после пятнадцатиминутного монолога. — Думала, самая умная? Думала, что я ничего не узнаю? Да как ты только посмела влезть в мои — наши с Ярославой — отношения? Ты её ногтя не стоишь!
— Воу, воу! Полегче, — фыркнула жена, с насмешкой глядя в искажённое ненавистью лицо супруга. — Тронь меня пальцем — и я обеспечу тебе бесплатное проживание и питание за казённый счёт на ближайшие лет пять. И да — я самая умная! А ты лопух. Стоило поманить, как ты побежал, пуская слюни. Сам побежал, заметь! И Славку ты сам бросил, ещё и ныл, какая она пресная. Мол, от безысходности на неё повёлся — всем бабам подавай жильё и подарки, а она единственная тебя к себе позвала, кормила, обстирывала и ничего не требовала.