А сразу после ЗАГСа, перед банкетом, они заедут домой и переоденутся, и про их позор никто не узнает!
В этот момент глаза Дерюгина на мгновение ослепила вспышка — чёртов фотограф тенью перемещался вокруг, умудряясь не перекрывать обзор. И щёлкал, щёлкал, щёлкал, отрабатывая солидный гонорар…
Владимир скрипнул зубами — давно он не чувствовал себя настолько неловко и неуютно! Причём, за собственные деньги… И впервые ему в голову пришла мысль, что не все желания любимой девушки непременно нужно исполнять.
«Она и платье это хотела, — напомнил Влад себе. — Но оно же ей совершенно не идёт! Куда она смотрела? Или…»
И он похолодел.
— Ада, — не поворачивая головы в сторону невесты, прошептал мужчина, — скажи мне правду — это то самое платье? Ты хотела именно его?
— Ну… да, — с запинкой прошептала в ответ Аделаида. — А почему… ты спрашиваешь? Тебе не нравится, как я выгляжу?
Влад вспомнил, что беременных нельзя волновать и поспешил её успокоить:
— Нет, что ты! Ты очаровательна! Похожа на зефирку, так бы тебя и съел! Эти розы… Я никогда не забуду, какой… необыкновенно прекрасной ты была в день нашего бракосочетания! Платье удивительное, просто я почему-то думал, что оно будет несколько другого… фасона. Ну, что-то похожее на наряды других невест.
Он мучительно подбирал слова, боясь огорчить любимую.
— Я же говорила, что это платье уникальное? Эксклюзивное, сшитое в единственном экземпляре, — еле слышно ответила Адель, — поэтому оно отличается от других платьев и не имеет аналогов. Я рада, что тебе понравилось! И… помолчим, а то регистраторша на нас уже косится?
И он замолчал.
На самом деле, Ада права — не время и не место выяснять, что за безобразие она на себя нацепила. И сдаётся ему, что Аделаида лукавит. Вернее, недоговаривает, бережёт его нервы.
Это платье не может ей нравиться, она не слепая — наряд уродует её фигуру. Да и Слава ничего такого никогда не носила — вряд ли после предложения руки и сердца Шанская враз от счастья поглупела.
А это значит что? Правильно — месть!
Он не смотрел, какой наряд ему вручила Ярослава, поверил ей на слово, что в чехле именно то самое платье…
Обиженная женщина ещё и не на то способна, а они с Адой, как ни крути, поступили с Шанской не совсем порядочно. Вот та и подменила платье, наказав обоих. Его — потерей денег и эстетическим нокаутом, сестру — образом пугала в розочках.
Адель, конечно же видела, что в чехле совсем не то, о чём она мечтала. Но решила промолчать, чтобы не подставлять сестру и не ввергать жениха в дополнительные расходы. Ведь расскажи она о подмене, он наплевал бы на режим экономии и купил бы ей новый наряд.