На следующий день, едва рассвело наш обоз двинулся в обратном направлении. Брешь в джунглях обнаружилась уже через два километра. Была вполне себе широкой, местами шесть-восемь метров и вела, на запад, без впадин и непреодолимых подъёмов, что нас вполне устраивало. Но хоть дорога и не имела никаких рытвин и ухабов, разогнаться по ней не удавалось. Петляла она так, словно её прокладывал заяц, стремительно уходивший от погони. И если без прицепа я, наверное, попытался разогнать бус хотя бы до 30 км, то имея оный за кормой не смог воткнуть ни разу третью передачу.
— Странно, — проговорила Элен, когда мы преодолели очередной поворот, — ты видишь, как упавшие листья прибило к обочине? Как будто кто-то прошёлся метлой очищая дорогу. А трава какая густая по всей просеке, в лесу такой нет.
— Скорее всего ветром, — тут же отреагировала Дженни, — кругом лес, вот он и гуляет между деревьями.
Я ничего не ответил, уже давно обратив внимание на это явление. А в словах африканки явно был резон. Ну действительно, трудно было представить аборигена с метлой в руках, бегающего по джунглям. Это и в 21 веке никто не делал. Кажется, кто-то рассказывал или читал где-то, что в этих местах отсутствует слой почвы и деревья не в состоянии зацепиться корнями, только травка да кустарник. И поляны в джунглях попадались по той же причине, хотя точно утверждать не буду.
Мы проехали всего пару километров, когда дорогу пересёк узкий ручеёк шириной не более полуметра, который легко преодолев, я остановил автомобиль и заглушил двигатель.
— Что? — спросила Элен, но я лишь кивнул назад и взяв кружку вернулся к ручью.
Вода оказалась почти ледяной, аж зубы заломило и приятной на вкус, так что заставил девчонок вылить речную воду, которой мы затарились на берегу и пополнить запасы из ручья. Сам же, сполоснув лицо от пота бездельничал, делая вид что вглядываюсь в джунгли и периодически грозно водил дулом автомата из стороны в сторону.
Девчонки не торопились. Около ручья веяло прохладой, в отличии от салона автомобиля, тем более что я их особо и не подгонял. Отдали на это почти два часа и когда последняя тара была заполнена, со вздохом сообщили что можно ехать дальше.
К сожалению, уже через четыре километра, если верить спидометру, просека сузилась до двух с половиной метров сделав левый поворот по большой окружности и развернулась на юго-восток. Ветки стали шкрябать автомобиль и даже если б и захотел вернуться, ни о каком развороте не могло быть речи. К тому же дорога, если её можно было так назвать, продолжала петлять из стороны в сторону, подниматься на холмы и спускаться в низины. И только к полудню точно определилась с направлением повернув на юг по прямой широкой полосе, при чём словно недавно вытоптанной и напоминающей туристическую тропу здоровья, пока не упёрлась в ручей шириной в три метра. Прозрачный, глубиной сантиметров 25–30, местами до полуметра. Дно желтело, напоминая морское с мелким песочком, а весь бережок был усыпан камнями, покрытыми зелёным мхом.