Нужно было почистить оружие и поглядеть на дедушкин карабин. Я ещё там, на поляне обратил внимание на то, что стебель затвора на нём не пехотный, как на тех, что нашлись в автомобиле, а снайперский, но никаких приспособ в рюкзаке у дедули не нашёл.
Сделал импровизированную мишень из одной доски и установив её в 100 метрах опробовал мосинку. По рассказам друзей знал, что карабин лягается и был приятно удивлён вполне приемлемой отдачей. Да и вид у него был, будто только что из музея умыкнули. Как оказалось, хозяин неплохо ухаживал за своим оружием. С открытого прицела пуля легла точно в цель. Выстрелил из СВД и разглядывая мишень вдруг вспомнил пулю, которая вошла в дерево рядом со мной. Я ведь не бежал в сторону дерева, я бежал мимо и промахнуться дед мог только в одном случае. Если он стрелял мимо! Значит меня никто не собирался убивать, им нужно было, чтобы я ушёл живым. И только Жорж, увидев меня и осознав, что их чёрный проводник и русский, который должен был доставить Дженни в столицу одно и тоже лицо, решил меня пристрелить. А это могло означать только одно. Эти две милые барышни, которые якобы познакомились только после нашего переноса — одна команда. И от меня наверняка попытались бы избавиться, да вот беда, мы неизвестно где, да ещё Дженни блюёт во все стороны.
Но не факт.
Ну а мне что? Учить их пользоваться оружием или погодить пока ситуация более-менее не прояснится?
В ящиках с мосинками оказался ещё один сюрприз. ПУ. Прицел, укороченный 3.5×22, который был создан ещё в 1940 году. В комплекте присутствовали заглушки, кронштейн Кочетова и небольшая картонная коробка с аксессуарами. Маслёнка, разделённая на два отделения и с двумя горловинами. Я с такими не сталкивался ни разу и потому с интересом осмотрел. Сбоку обнаружил выдавленные буквы «Щ» и «Н», но так и не смог их идентифицировать, тем более что в обоих отделениях было обычное оружейное масло. Небольшая брезентовая сумочка с набором для чистки оружия, верёвочная протирка, ремень оранжевого цвета сорок какого-то года, но выглядел как новый и подсумок на два отделения с шестью полными обоймами. Тоже новшеством для меня оказалось. Магазин у мосинки несъёмный и я точно помнил, что заряжается вручную. Но нет нашлись добрые дяди и придумали обойму. Проблема была в другом. Всё что я перечислил было в одном экземпляре. А к прицелу даже чехла не было. Вероятнее всего упаковщик ящика умыкнул. Я, наверняка, тоже так сделал, реликвия, но вот подсумки, протирку и маслёнку нужно было оставить. Это ведь для братского африканского народа. Что подумают о нас негры?