Видимо, утомившись от мыслей и умозаключений, я начала погружаться в сон, и как раз в этот момент двери палаты осторожно приоткрылись.
— Кира! — тихо позвал мужской голос, и я, не до конца очнувшись, повернулась к двери.
— Здравствуйте, — на автомате пробормотала я, и только потом до меня дошло, что это кто-то из хорошо знакомых Кире Андреевне людей.
Кажется, пожаловал будущий свёкор, Виктор Иванович. Я видела в сети фотографии Селивёрстова, но моя тяжёлая голова не сразу позволила идентифицировать его.
Небольшие карие глаза смотрели на меня удивлённо и… настороженно что ли. Точно без теплоты и радости. А ведь Арсений утверждал, что его родители меня очень любят. Ага. Что-то не заметно. Во всяком случае, Виктор Иванович точно не любит.
И тем не менее, сегодня он пришёл уже второй раз, заботу проявляет. Кажется, я на верном пути! Есть причина у этой заботы, есть! Главное теперь умело расставить сеть, в которую я поймаю своего будущего помощника-сообщника.
— Как ты себя чувствуешь, Кира? Мы все очень переживаем, — Виктор Иванович сел на стул около кровати.
Я тоже осторожно села, оказавшись с ним лицом к лицу. Из интернета я узнала о том, что Селивёрстову-старшему сорок восемь лет. В принципе, он на свои и выглядит, — не моложе и не старше. Коренастый, чуть грузноватый, но не слишком. Огромного пивного пузца не наблюдается. Скорее всего, просто крепкий с небольшим лишним весом.
Волосы тёмные с проседью, не редеют. Внешность довольно приятная, хотя красавцем Виктора Ивановича не назовёшь.
— Даже вы переживаете, Виктор Иванович? — усмехнулась я.
Вот опять я иду по топкому болоту, двигаясь по наитию.
На лицо Селивёрстова набежала тень, он крепко сжал зубы, сузил глаза.
— Ты же знаешь, — хрипло усмехнулся он, — я первый заинтересован в том, чтобы ты жила как можно дольше.
О как! Узнав подробности о Кире, я поняла, что она совсем не проста, но кажется, мою догадку нужно ещё и возвести в степень.
— Виктор Иванович, — думается, я знаю достаточно для того, чтобы начать вербовку, потому хватит хороводы водить. — Я уверена, что мы можем быть друг другу полезны.
— Что? — побледнел он. — Что тебе ещё нужно? Я уже сына тебе отдал, а с ним и часть фирмы. Счета, имущество. Всё это станет твоим после свадьбы. Когда ты нажрёшься уже, Кира?
Селивёрстов говорил тихо, отчаянно и ожесточённо, глядя на меня с чистой, ничем не замутнённой ненавистью.
Я молча протянула ему свой смартфон.
— Что это? — запнувшись, спросил он.
— Этот телефон принесли мне вы. Если там подключены какие-то системы слежения, снимите. У меня к вам очень серьёзный разговор.