Тем не менее гость совершенно не растерялся.
— Защити , — тихо проговорил он, и все эти причуды разбились за одно мгновение о сформировавшийся защитный купол, совершенно не нанеся ему вреда.
Соколов мгновенно поднялся со своего места и уважительно поклонился.
— Родион Юрьевич, какая неожиданность.
Мужчина окинул взглядом кабинет, задержавшись на мне.
— Андрей Павлович, я так понимаю, это и есть молодой Темников?
Я встал и почтительно поклонился, потому что в бюро, по словам моего учителя, был только один Родион Юрьевич, и фамилия ему Воронцов. Вот уже тридцать лет бессменный глава Судебного бюро и близкий императору человек. Слишком близкий, чтобы не учитывать его влияние на мою дальнейшую судьбу.
— Максим Николаевич Темников, к вашим услугам, граф.
— Наслышан о ваших успехах, молодой человек, — кивнул Воронцов. — Не удивлен, что Андрей Павлович ходатайствовал о вашем назначении внештатным сотрудником бюро.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Живя уже свою вторую жизнь, я мог отчетливо понять, что человек передо мной заслужил свое место не просто так.
— Благодарю за высокую оценку, Родион Юрьевич, — ответил я, сохраняя спокойствие.
Воронцов перевел взгляд на Соколова.
— Однако, Андрей Павлович, это серьезная ответственность. Мы не можем просто так принимать на службу кого попало, даже если это сын министра финансов с кучей рекомендаций. Я помню, что подписал все необходимые документы, но есть кое-что, что я хотел бы засвидетельствовать лично.
— Родион Юрьевич, я уверяю вас, Максим более чем квалифицирован для этой роли, — нахмурился Соколов.
— Не сомневаюсь, — кивнул Воронцов. — И помню, что ему выдали четвертый ранг. Однако, фактический ранг, который, разумеется, не будет нигде зафиксирован в документах, доступных обычным сотрудникам, ему тоже необходимо подтвердить. К тому же, не буду скрывать, учитывая личность его учителя, мне достаточно любопытно, каких успехов достиг этот юноша.
Проверка боевых навыков? Это могло быть интересно. Учитывая, что я так ни разу и не использовал свои силы на полную мощность.
— Я готов пройти любые испытания, которые вы сочтете нужными, — сказал я, глядя Воронцову прямо в глаза. — С этим проблем не возникнет.
— Хорошо, — одобрительно кивнул Воронцов. — Завтра утром на испытательном полигоне Судебного бюро как раз будет окошко. Будьте готовы показать все, на что способны.
— Я буду там, — ответил я, чувствуя предвкушение, которое каждый раз подстегивало меня перед чем-то интересным. Отчасти в прошлом я и лез в эти все, казалось бы на первый взгляд, безнадежные дела — мне нравилось выигрывать там, где остальные видели лишь провал.