Маркус понимающе кивнул.
— Если я провозглашу демократию, что будет?
— Если в этой демократии будут предусмотрены Вызовы и выборы президента путем Испытания Лидера — да будет так. Ввести законы, входящие в противоречие со столпами нового порядка, вам вряд ли удастся. Доминион не позволит. Точнее, не позволит элита. А слабые, для которых вы будете стараться, поддержат вас морально, но и только. Поймите одну вещь, господин Первый Рейхсминистр: Виттман не передал бы вам власть, если б думал, что у вас есть шансы преуспеть. Если вы спросите меня, я посоветую потратить отпущенный вам год на совершенствование системы, а не на разрушение. Возможно, вы в таком случае будете править не год, а много дольше и останетесь в истории как правитель, значительно улучшивший наш строй. Вы хотели сделать систему гуманнее — теперь у вас такая возможность есть.
Летчик скосил глаза на Пайпер. Все это время девушка просто сидела на кровати и слушала, все еще с трудом веря в происходящее.
— Хорошо… Янек, будьте любезны запросить соответствующее ведомство, пусть предоставят мне информацию обо всех производимых в Доминионе медицинских препаратах, с первого до последнего. На компактном носителе. А пока оставьте нас наедине.
— Будет сделано, — коротко ответил Каспар и вышел, на ходу вызывая кого-то по ПЦП.
— Интересно, как там этот жирдяй Ганн, — обронил вслед ему летчик, — небось, трясется от страха в ожидании мести…
Каспар остановился в дверях.
— Никак. Он уже расстрелян.
— Поделом, но… А как же гарантия амнистии?
— Амнистию он получил за участие в покушении. Но выяснилось, что вы шантажировали его насчет убийства — вот за него его и казнили, — пояснил Янек и вышел.
Как только дверь закрылась, Маркус повернулся к Пайпер.
— И что думаешь?
Девушка пожала плечами:
— А что тут думать? Было ясно сказано, Виттман не верит, что у тебя что-то получится. Бесполезно улучшать мир, в котором можно законно притеснять и насиловать слабых, а отменить это насилие тебе не позволят, вот и все.
Маркус, задумчиво подпер голову рукой:
— Ну, положим, если нельзя отменить Вызовы — можно поменять правила так, чтобы невозможно было победить. Первый же менял правила, новые придумывал…
— Не получится. Через год тебя свергнет толпа недовольных и все вернется на круги своя. Ну, год без насилия — это хоть что-то, но такая победа в конце будет иметь слишком сильный привкус поражения.
— Ты не веришь, что я смогу что-то сделать?
— Не-а. Маркус, ты не видишь главного. Виттман использует тебя, чтобы найти уязвимые места его любимого нового мирового порядка. Стоит тебе сделать хоть шаг в сторону от той линии, которую Виттман одобряет — и тебя убьют на Испытании, а Доминион станет только сильнее, учтя твои находки.