— Не выйдет. Энергии в этом растении слишком мало для такой печати. Для людских печатей, которыми усыпана эта пипа, её ещё могло бы хватить, но не для истинной печати демонов.
Старший преподаватель Изикар вернул ромашку обратно в шкатулку. Какое-то время я смотрел на упитанного демона, перебирая варианты. Достать вторую ромашку? Третью? Если растений будет много, их может хватить для нанесения печати на мою красную пипу, но по какой-то причине я считал, что это не выход. Артефактор не согласует использования множества растений. Но что, если я использую ту необычную ромашку, что сильно выделяется даже на фоне тысячелетних растений? Она мёртвым грузом лежит в моём инвентаре — те книги школы Серебряной Цапли, что были мне доступны, ни о чём подобном не говорили. Что, если Небо специально разместило на моём пути это растение как раз для данного случая?
— Наставник, получится ли у меня нанести печать, если использовать это растение?
На этот раз застыл даже старший преподаватель Изикар. Он немигающим взглядом смотрел на необычную ромашку, и по выражению лица демона было понятно: он знает, что это такое и для чего используется. Однако артефактор довольно быстро взял себя в руки. Как ни крути, у нас тут соревнования, а не выставка застывших преподавателей.
— Ты твёрдо решил нанести печать на свой инструмент? Надеюсь, нет необходимости объяснять, что любая ошибка будет для него фатальной? Ты не только не выиграешь, но ещё и испортишь свой предмет.
— Кто не рискует — тот не добивается результата. — Мне осталось только пожать плечами. — Это растение подойдёт для фиксации печати из рецепта на моей пипе?
— Пятитысячелетняя ромашка способна зафиксировать истинную печать демонов на этой базе, — подтвердил старший преподаватель, едва этой фразой не заставив меня отказаться от своей задумки. Этой странной ромашке пять тысяч лет? Она, получается, может стоить не сто тысяч духовных монет, как остальные, а гораздо больше? Может, даже миллион? За эти деньги я могу купить сотни тысяч красных пип, усиленных по последнему слову артефактного дела.
Вот только мне не нужны были сотни тысяч других пип. Мне нужна была та, что изготовили конкретно для меня.
— Будет ли нарушением правил, если я использую свою базу? — продолжил я уточнять правила, даже не глядя в сторону Альтаи Рин. Она занималась тем, что наносила на пипу рисунок из рецепта. Что было само по себе странно: неужели девушка не может просто спроецировать изображение? Способ, что она выбрала, являлся не самым правильным — он годился только для вариантов, когда рабочая поверхность ровная и не имеет ни малейшего изгиба. В наших же пипах ровных плоскостей отродясь не водилось, так что изначальную печать придётся перестраивать. Собственно, для этого духовное зрение и нужно — оно сразу позволяет мне перенести печать под особенности базы, не думая о трудностях.