— Я это помню, Вальтер, — тихо сказала Меркель, — но боюсь, что обстоятельства окажутся сильнее моей воли.
— В последнее время, — сказал фон Брокдорф-Алефельд, — я довольно много общался с Ричардом (посол США в Германии Ричард А. Гренелл). Он, конечно, педик и весьма беспринципный человек, но никто не скажет, что у него недостаточно ума. Однажды, совсем недавно, после третьей рюмки русской водки, когда мы с ним поминали покойного президента Трампа, он мне сказал: «Понимаешь, Вальтер, мы, американцы, на все смотрим как на бизнес, который должен приносить прибыль. Чем больше прибыли, тем лучше. И наша мировая гегемония — это тоже бизнес. Но что этот бизнес нам приносит, за исключением весьма нематериального чувства глубокого удовлетворения от роли повелителей мира? А приносит он нам одни убытки, постоянно растущий американский долг тому свидетель. Что-то поломалось в нашей американской системе лет двадцать назад, после чего самая богатая страна земного шара стала стремительно набирать долги. Издержки на поддержание нашей мировой гегемонии с каждым годом все больше превышают наши доходы. А это плохо. Возможно, дело в том, что, уничтожив геополитического конкурента в лице Советов, мы потеряли стимул содержать у себя мощную промышленность, которая постепенно стала перебираться в Китай. В результате уже не американские товары продаются по всему свободному миру, принося нам прибыль, а товары со всего мира продаются в Америке, которая теперь производит только доллары. Отрицательный внешнеторговый баланс вкупе с военными расходами, необходимыми для поддержания гегемонии, и есть причина того, что наше мировое господство приносит Америке одни убытки. Некоторое время назад в нашем вашингтонском болоте бытовало мнение, что американский долг до бесконечности можно размещать среди подчиненных нам стран, но потом выяснилось, что емкость этого сливного бачка исчерпана, и теперь наши долги копятся на балансе ФРС. Все. Если убыточный бизнес невозможно исправить никакими модернизациями и оптимизациями, то его закрывают, а персонал выгоняют за ворота. При нашем американском капитализме такое бывает довольно часто. Большой Дон, в душе так и оставшийся бизнесменом, так и намеревался сделать: закрыть проект „американская гегемония“, уволив кормящихся с него бюрократов, сократить военные расходы и вернуть промышленность на американскую территорию, постепенно запретив импорт китайских товаров. За это его и убили. Представители „вашингтонского болота“, что пришли ему на смену, решили резко взвинтить ставки, понадеявшись, что Путин бросит карты и сам передаст в их распоряжение накопленные богатства своей страны. Но если этого не произойдет, и ответ русских будет адекватен предъявленному вызову, то господин Пенс и стоящие за его спиной вернутся к первоначальному плану Большого Дона с одной маленькой поправкой — сам понимаешь, с какой. Русским ваша Европа должна достаться после ожесточенных сражений в виде начисто вытоптанного пепелища. Города и заводы должны быть разрушены, люди убиты, а лучшие инженеры и техники, спасаясь от неминуемой смерти, должны перебраться к нам в Штаты, чтобы трудиться ради нашего благополучия…».