— Ты неправильно воспринимаешь наши отношения с Силой, — покачала головой Драгана. — Она лишь помогает нам развивать волю и расти над собой.
— Тогда ответь мне на такой вопрос, — предложил Садхир. — Ты очень сильна, это видно с первого взгляда, но если чужая сила вдруг уйдёт, много ли ты сможешь?
— Ну, кое-что я и сама могу… — всерьёз задумалась она. — Трудно вот так сразу ответить.
Садхир понимающе улыбнулся и кивнул.
— Тебе трудно ответить на этот вопрос, потому что чужая сила проникла в тебя настолько глубоко, что своей чистой силы у тебя уже и нет. Она у тебя вся смешанная. Если у тебя забрать чужую силу и оставить только твою, тебе придётся начинать с самого начала. Подумай сама — как ты можешь достичь свободы, если во всём зависишь от чужой воли?
Драгана погрузилась в молчание, машинально крутя в руках чашку. Минуты шли за минутой, а она по-прежнему молчала. Впрочем, гуру это молчание совершенно не тяготило — он, прикрыв глаза, размышлял о чём-то своём.
— Нечто в этом роде мне и Милана говорила, — наконец, тихо сказала Драгана. — А ей что-то такое говорила Морена. А теперь вот и ты сказал. Я не могу пока понять, много ли истины в твоих словах, но над ними определённо стоит подумать. Ты помог мне взглянуть на вещи с другой стороны. Благодарю тебя, Садхир, я посетила тебя не напрасно.
Я не люблю опаздывать и всегда стараюсь приходить вовремя или даже немного раньше. Сегодня прийти раньше не получилось. Очередная метель замела улицы, тяжёлый лимузин буквально плавал по снежной каше, и приходилось ехать очень медленно. Так что когда я, наконец, добрался до «Ушкуйника», Анна Максакова была уже там.
— Здравствуйте, Анна, — поздоровался я, вешая пальто на фигурную вешалку в форме головы оленя. — Прошу прощения за опоздание, на дороге творится полное безобразие.
— Здравствуйте, Кеннер, — улыбнулась она. — Вы не опоздали, это я приехала немного раньше.
Я с удовольствием отметил, что она была в хорошем расположении духа — цель встречи была довольно деликатной, и если бы она была не в настроении, то было бы лучше вообще не начинать серьёзный разговор.
Мы немного поболтали о том о сём. Посплетничали об Острожских — наследник опять отличился, устроив в ресторане безобразную драку из-за проститутки, и сейчас все гадали, отправит ли, наконец, глава семейства сыночка куда-нибудь в тундру на перевоспитание, или же Ростику всё опять сойдёт с рук. Общество обсуждало скандал без тени сочувствия — Острожских не любили, а Ростислава считали вообще конченым дебилом.
Поговорили и о культуре — к нам на днях приехала выставка скульптуры из Флоренции, и общество пришло к неприятному выводу, что рисуют наши, пожалуй, не хуже имперских, а вот со скульптурой дело у нас обстоит совсем печально.