— Скажи мне, малой — зачем ты убиваешь наших? Троих точно убил ты, и четвёртый, наверное, тоже твой?
— Мой, — признался Марен.
— Так зачем?
— Мадена убили, дядя Паком, — сказал он неохотно.
— Вот как? — удивился тот. — Ну, я не удивлён. Братец твой ещё тем паскудником был, так что это рано или поздно должно было произойти. Хотя и ты немногим лучше. Говорил я Адмару, что он слишком вас распустил, но не хотел он меня слушать. А зря.
— Ты за этим сюда пришёл? — помрачнел Марен. — Чтобы мне это сказать?
— Да нет, не за этим, — пожал плечами Паком. — Так значит, ты утверждаешь, что это те четверо Мадена убивали? Или кто-то из них? Ответь мне.
— Я пока не нашёл убийцу, — неохотно признал тот.
— Но четверых наших ты всё равно убил, — утвердительно сказал Паком. — Которые в смерти твоего брата не виноваты.
— Мне пришлось. По доброй воле они бы мне ничего не рассказали. Ну а потом… от них уже мало что оставалось.
Паком понимающе покивал.
— Будешь и дальше убивать? — спросил он.
Марен неопределённо дёрнул плечом — мол, понимай, как знаешь. Паком усмехнулся и сказал:
— Синклит объявил, что ты стал безумцем и должен быть обезврежен. За твою голову объявлена награда. На завтра намечена большая облава, тебя будут искать. И найдут, Марен.
— А того, кто убил брата — его будут искать? — спросил тот, криво усмехнувшись.
— Нет, — улыбнулся ему Паком.
— То есть меня решили убить?
— Не только тебя, Марен. Семья Стил объявлена вне закона. Синклит решил, что гнилые побеги должны быть выкорчеваны. Прямо сейчас люди Синклита убивают всех ублюдков, что ты наплодил.
— Они меня не волнуют, — мотнул головой Марен. — Напложу ещё.
— Ты сначала выживи, — насмешливо заметил Паком.
— Что-то незаметно, что ты мне сочувствуешь, — прищурился Марен.
— Так я тебе и не сочувствую, — усмехнулся тот. — Я и сам буду на тебя охотиться.
— А зачем тогда ты меня предупредил? — изумился Марен.
— Адмар как-то оказал мне большую услугу, и я не успел вернуть долг до того, как он умер, — объяснил Паком. — Долг не такой уж большой, но он давил. Из-за этого долга я и покрывал несколько раз тебя с братом. И вот этим предупреждением я сейчас с твоим отцом рассчитался полностью. Долг погашен. Больше не жди от меня ничего, и если я встречу тебя завтра, то убью безо всякой жалости.
Марен резко напрягся и оценивающе посмотрел на Пакома. Тот, однако, пугаться не стал, а насмешливо ухмыльнулся. Марен расслабился и отвёл взгляд.
— Так-то, щенок, — презрительно сказал Паком, вставая с чурбака. — Ещё ты будешь на меня клыки скалить. Беги, пока можешь.