— Вчера был прием у короля в замке Монкальери, — вспомнил Фредерик, — На следующее утро после приема миньоны де Фуа договариваются о бое с дядей Максимилианом, хотя он хромает и ранен. Произошло что-то нехорошее. Я думаю, лучше пока к дяде не подходить.
— Давай тогда я подойду к тете Шарлотте. Вряд ли за ней следят. А если следят, то встреча со скромно одетой дамой вызовет меньше подозрений, чем встреча с мужчиной. Если мне кто-то упадет на хвост, как говорят у нас в Генуе, то среди всей этой публики они ничего не сделают, а на выходе с ристалища ты их от меня отгонишь.
— Давай, — вздохнул Фредерик, — Но она наверняка сердится на меня, а тебя и вовсе не знает. Может, я все-таки сначала тебя ей представлю?
— Ты уверен, что она на тебя не будет ругаться так, что все ристалище к вам повернется? Думаю, дядя Максимилиан сказал ей, что женил тебя в Генуе.
— А на тебя не будет?
— Если и будет, то разговор на повышенных тонах между дамами не интересен никому кроме дам.
Пока Фредерик и Кармина обсуждали общую версию без упоминания золота, герольды приступили к проверке доспехов и оружия.
— Смотри, — Фредерик потянул жену за рукав, — Тот самый монах, который чуть не отбил у меня весь груз вместе с разбойниками. А в Генуе притворялся, что на нашей стороне. Лживая скотина.
— Брат Витторио, — подтвердила Кармина, — Он меня узнает.
— Скажи тете Шарлотте, что он на самом деле не за за нас.
Брат Витторио увлек Максимилиана в церковь.
— Я пойду, — неуверенно сказала Кармина.
Фредерик перекрестил ее.
— Ты меня благословляешь как священник? — удивилась она.
— Я почти священник. Немного недоучился, — напомнил он.
Фредерик спрятался за деревьями и смотрел, как Кармина разговаривает с тетей Шарлоттой. Вроде бы даже не поругались.
Кармина вернулась.
— Кажется, я произвела впечатление. Думала, будет хуже.
— Как там у них?
— Плохо. Дядю Максимилиана хотят убить за то, что он привез мало золота. И тетя Шарлотта просила кое-что кое-кому передать. Идем обратно на турнир.
По пути Кармина рассказала остальные подробности.
— Мы послезавтра сможем отдать еще кучу золота, — сказал Фредерик, — И опись от епископа. Там написано, что он принял, но нет указаний, на каких условиях. Может, у него еще можно будет забрать золото, если на него надавить.
— Кто может надавить на епископа? — удивилась Кармина.
— Папа. Тривульцио даже не кардинал. Его можно сместить, а можно и произвести в кардиналы.
— Но Папу еще не выбрали. Если будет снова Медичи…
— А если Колонна или Фарнезе?
— Надо отдать пергамент. Пока идет конклав, он может дорого стоить. А если ждать до конца конклава, то может стать бесполезным.