— А может быть такое, что грань миров вовсе не истончается? — спросил Норобу. — Может, всё это происходит иначе?
— С чего ты такое взял?
— Да с того, что Оива своего брата не пожалела! Мы вряд ли справились бы с Эмма в прошлом, если бы не её помощь. И если она не пощадила своего брата, то может ли обратить внимание на двух жалких букашек, которые для неё совершенно ничего не значат? Что такого в том, чтобы взять и рассказать не всю правду? Ведь самая большая ложь обычно скрывается в деталях. Если взять восемьдесят процентов правды, а потом сообщить двадцать процентов лжи, то человек легче поверит в эту большую ложь…
— Оива сказала, что как только окимоно проявится полностью, то нужно будет просто опустить фигурку в воды Токийского залива. И на этом моя миссия закончится. После этого Идущий во тьму исчезнет, а я смогу жить спокойно. По крайней мере она мне так сказала. А пока что не было повода ей не доверять, — склонил я голову на плечо.
— Не было повода, — задумчиво проговорил Норобу, глядя на упражняющихся на улице мужчин. Потом он дернул бровями и улыбнулся, показывая мне на дорогую машину, заезжающую на территорию нашей базы. — А вот к нам приехал тот самый человек, который может помочь с разбором сложившейся ситуации. Изаму, твою дивизию, а ты чего до сих пор в трусах и пахнешь перегаром? Бегом приводить себя в порядок!
Если сэнсэй так говорит, то лучше с ним не спорить.
— Конечно, мой старый друг! Я всё исполню! Уже бегу и…
Шлёп!
— Падаю, — закончил я уже на полу.
Сухая ладонь сэнсэя молнией метнулась к моему затылку и припечатала так, что я не удержался на ногах и нырнул носом вперёд. Я сгруппировался и, перекатившись кубарем, уселся на попу ровно. Взглянул на сэнсэя в попытке найти в его глазах хотя бы намек на сожаление. Но нет, всё тщетно… Сэнсэй смотрел на меня также спокойно, как на бонсай во дворе.
— Чего дерешься, сэнсэй? — хмыкнул я, потирая затылок. — Можно же и по-человечески объяснить.
— Я пытался по-человечески, но один наглый белобрысый хинин почему-то отказывается понимать человеческую речь, — покачал головой Норобу. — И если он до сих пор не понял, что к нам прибыл важный гость, то моя ладонь может опуститься повторно.
— Да понял я, понял, — буркнул я в ответ и снова почесал затылок. — Блин, вот я такой весь из себя крутой, обладаю оммёдо воды, огня, земли и воздуха, а меня до сих пор нахлобучивают, как нашкодившего щенка! Ну ничего, сэнсэюшка, вот выпадут у тебя зубы, я тебе суши жевать не буду!
— Эх, я так и думал, — проговорил сэнсэй и сделал шаг.