— А повторить сможешь? — сжав кулаки, Антон попытался встать, но в комнату вошла Зинаида Васильевна.
— Мальчики и очаровательная красавица, — улыбнулась она. — Я тут расстегай испекла, как-то не рассчитала… Угощайтесь.
Несколько минут все сидели молча. Только звон приборов и тиканье часов.
— Я прошу прощения, — неожиданно сказал Антон. — Веду себя, как малолетка…
— Верно, — ухмыльнулся Федор и тот же получил тычок в бок от дочери.
— Думаю, стоит двигаться к Широково. В Московском поместье сейчас небезопасно. Я про Кузнецова, — добавил Антон. — К тому же там близко Дикая Зона, и мы можем уйти через нее.
— А парень шарит, — вздохнул Онегин.
— Зинаида Васильевна, — произнес Федор. — Давненько я не ел такого вкусного расстегая. Помню, моя бабка готовила что-то подобное… Но она уже давно в земле.
— Ну так у каждого есть свои рецепты, которые передаются от соседей и друзей, — пояснила она. — Может, твоя бабка когда-то знала мою бабку, и так и пошло…
В дверь постучались, и все замерли.
— Ой, может новые постояльцы? — всплеснула руками старушка и пошла к двери.
Остальные остались сидеть за столом, но каждый посмотрел, где стоит его оружие. За исключением Федора. Он благополучно поглощал пирог и даже не пытался понять, кто пришел.
Все прекрасно слышали, как дверь открылась. Это были трое мужчин.
— Извините, — голос звучал вежливо, но настойчиво. — Вы не видели вот этих мужчин?
— Кажется, у них есть фотки, — с набитым ртом произнес Федор.
Остальные же тихо встали и без лишних слов вытащили свое оружие. Если Зинаида Васильевна узнает нас, то…
— Простите, никогда их не видела.
— Вы уверены?
— Конечно, милок. А кто это?
— Это преступники. Разве вы не смотрите новости? — удивился мужчина.
— А зачем? Я женщина старенькая, мне лишние переживания не нужны.
— Извините.
Как только дверь закрылась из кухни вышли все, кроме Федора.
— Простите, — поинтересовался Толстой. — Почему вы не сказали им правду?
— А зачем? Или вы, Лев Николаевич, все же виновны? — хитро улыбнулась она.
— Так вы все знали с самого начала?
— Ну знала, — уперла она руки в боки. — Но это же не моя тайна. Вы гости моего двора. И я ко всем отношусь одинаково.
— А кто это был? — спросил Онегин. — Как они выглядели?
— Не жандармы, — кивнула бабушка. — Я не разбираюсь в форме, но она на них была.
Антон успел выглянуть в окно и увидел знакомые одежды.
— Это люди отца, — ответил он.
— Уверен? — Толстой тоже выглянул.
— Разумеется.
Зинаида Васильевна же села на диван и взяла пряжу. С ней рядом села Дункан.
— Почему вы им ничего не сказали? — тоже спросила девушка. — Не поверю, что это из-за того, что вы знаете Льва Николаевича.