И я лишь мягко улыбнулся княгине в ответ:
— Нет худа без добра. Говорят, что из окон «Шашек» бывает хороший вид на Чухонский вокзал…
Судя по её резко изменившемуся лицу, дерзкая девчонка всё-таки тоже припомнила информацию, которой вчера с нами поделилась Искра:
— Точно… — Она нашла глазами брата, сидящего ниже. Судя по тому, что он перестал скрипеть зубами, то расслышал мои слова. И аналогично вспомнил выданные нам ориентиры. — Блин… И что же ты туда один… Там же эти… — Она зачем-то оглянулась на застывших в нерешительности жандармов. — Бандиты всякие…
Хотел бы я ответить честно. Что среди уркаганов и гопников буду чувствовать себя куда безопаснее, чем в ваших элитных пенатах…
Но тут слишком много лишних свидетелей. И я лишь снова спокойно ей улыбнулся:
— Бывало и хуже… — Я опять коснулся плеча княгини, указав на проход. — Позволишь?
Пока девчонка всё-таки убирала ноги, меняя полулежачее положение на более вертикальное, краем глаза я заметили множество других взглядов, прикованных сейчас к моей персоне.
Похоже, вот теперь я точно разблокировал все достижения. И ещё не скоро в этих стенах появится кто-то, чья репутация будет более бунтарской, чем у Гора Шубского…
Ладно, вот вам ещё повод для слухов, барчуки несчастные…
— А на чёрной скамье-е-е… — Начал я мурлыкать себе под нос, протискиваясь между партой и юной княгиней. — На ска-амье па-а-дсудимы-ых… Его доченька… — Выйдя в проход, я оглянулся и подмигнул растерянной девчонке. — … Тая-а-а… И какой-то жига-ан…
— Руки! — Один из жандармов снял с пояса наручники. И защёлкнул их на моих запястьях, едва я протянул их к нему. — Вперёд!
Пока я не торопясь спускался вниз, то нашёл глазами ещё одного человека среди глазевших на меня студентов.
Фродрик, в отличие от остальных, делал вид, что ему моя дальнейшая судьба совершенно не интересна. Он лишь опять мягко улыбался, рассеяно глядя по сторонам — совсем как тогда в серверной.
Ладно, «четыре в одном»… Что бы вы там ни задумали, до седьмого числа ещё есть время. И теперь я умею немного больше, чем просто заговаривать зубы следакам или уходить в отрицалово. Да и с правами у Гора Шубского побогаче, чем у безродного дворняги… Вон эти серые меня тоже лишний раз касаться не хотят. А знали бы, кто я на самом деле — уже бы как обычно вчетверо согнули.
И когда меня проводили мимо Ректора, тот лишний раз подтвердил мои мысли насчёт привилегий:
— Евгорий Всеславович, смею вас заверить, что немедленно отдам распоряжения о надлежащей правовой защите для вас. — Вблизи было заметно, что конторщик всё же не на шутку взволнован. Не часто у него тут, похоже, студентов жандармы ластают. — Немедленно… Лучшей в столице!