С аэродрома в 10 километрах к северу взлетели шесть И-15. Майор Сергей Григорьев, командир советских пилотов, получил чёткий приказ: связать боем итальянские истребители, отвлечь их от Caproni, затем нанести удар по бомбардировщикам. Двенадцать Fiat CR.32 встретили их, начав яростный воздушный бой. Небо заполнилось треском пулемётов, рёвом двигателей и дымными шлейфами. Лейтенант Алексей Соколов увернулся от атаки CR.32, выполнив резкий разворот, и зашёл в хвост итальянцу. Его пулемёты выпустили длинную очередь, и CR.32, дымя, рухнул в долину, оставляя чёрный след. Два И-15, пилотируемые лейтенантами Иваном Козловым и Николаем Вороновым, прорвались к Caproni, их пулемёты били по тяжёлым машинам. Один бомбардировщик получил повреждения крыла, его пилот в панике сбросил бомбы в пустое поле и повернул назад. Другой, завершив заход, разрушил ещё одну траншею, убив 15 бойцов, прежде чем уйти под прикрытие CR.32.
Воздушный бой был ожесточённым. И-15 Козлова получил очередь в фюзеляж, его мотор задымил, и пилот выпрыгнул с парашютом, приземлившись за итальянскими линиями. Вяземцев, наблюдая за боем с земли, стиснул кулаки, понимая, что потеря даже одного самолёта — это удар. Но итальянцы тоже несли потери: два CR.32 и один Caproni были сбиты, их обломки усеяли долину, дым от горящих машин поднимался к небу. Вяземцев связался с Григорьевым по рации:
— Сергей, держите их в воздухе! Не дайте Caproni вернуться!
На земле абиссинские пулемётчики, используя ДП-28, открыли огонь по низколетящим самолётам, хотя их эффективность была ограниченной. Молодой пулемётчик Йоханнес стрелял короткими очередями, его глаза горели ненавистью к итальянцам, убившим его брата в Дессие. Вяземцев, заметив его, крикнул:
— Береги патроны, парень! Бей точно!
Йоханнес кивнул, его пальцы крепче сжали рукоять пулемёта.
Вяземцев приказал Петрову перенаправить орудия на итальянскую артиллерию. 76-мм снаряды накрыли возвышенность, уничтожив одно 100-мм орудие и вынудив остальные сменить позиции. Это ослабило обстрел, дав абиссинцам передышку. Вяземцев, стоя на холме, заметил, что итальянцы перегруппировываются, их танки и пехота собираются у дороги. Он понял, что следующий удар будет сильнее, и вызвал Раса Кассу по полевому телефону, установленному советскими инженерами.
— Рас, они ударят по левому флангу, где ущелье. Перекиньте туда ополченцев Оромо. Мы заманим их в ловушку.
Рас Касса ответил низким голосом:
— Мои люди готовы, полковник. Но если ваши пушки промолчат, мы не выстоим.
— Они не промолчат, — твёрдо сказал Вяземцев, хотя в глубине души знал, что боеприпасы на исходе.