Легко сбежав по ступенькам, Константин дёрнул на себя дверь и переступил порог. Взгляд сразу упал вправо — там стояла она.
Её черты врезались в память: профессиональная улыбка, едва заметная ямочка на правой щеке, родинка чётко посередине. Карие глаза, излучающие усталость, но всё ещё хранящие тепло.
Она была маленькой и хрупкой, словно героиня старой сказки, вернувшаяся повзрослевшей. Волосы уже не такие длинные…
— Здравствуйте. Что‑нибудь подсказать вам? — заговорила она первой.
От звука её голоса у Константина едва не сорвало крышу. Он уже и забыл, как млел от него. Сглотнув, он выдавил из себя улыбку — надеялся, что это выглядит как улыбка, а не как голодный оскал. Он соскучился по таким настоящим эмоциям, по этой натуральной женственности. Жаль, что до этого момента не осознавал, как сильно тосковал по кареглазке.
— Доброе. Я… осмотрюсь, — отозвался он, стараясь говорить как можно равнодушнее.
— Конечно. Спрашивайте, если что‑то заинтересует, — ответила она и уткнулась в экран ноутбука. Что у неё там такого интересного? Или это чтобы не смущать его?.
Он огляделся. Что здесь купить? Не уходить же с пустыми руками…
Для бывшей жены? Обойдётся. После развода она ни разу не сделала ему подарка, зато постоянно что‑то выпрашивала — в основном деньги.
Для матери? Она обидится, если подарить ей крем против морщин. Парфюм? Слишком индивидуально, он не знал её предпочтений.
Его внимание привлёк стеллаж с мужской продукцией. Присмотревшись, он обернулся к кареглазке:
— Я готов.
Она улыбалась.
«Ты мне настоящую улыбку подари, а не этот полуфабрикат», — мысленно взмолился Константин.
— Мне нужен подарок для отца, — выпалил он первое, что пришло в голову.
«Прости, батя».
— Что‑то конкретное? Или выберем? — уточнила она, подходя к нужному стеллажу.
Чёрт, жаль, что их разделяют эти стеклянные витрины. Хочется оказаться рядом с ней как можно ближе.
— Нет. Всю линейку на второй полке сверху. И красивый подарочный пакет к ней.
— Хороший выбор, — сдержанно похвалила она.
Константин засмотрелся на её плавные движения. Она напоминала изящную бабочку в маленькой колбе — не билась о стенки, желая вырваться на свободу, а с достоинством принимала уготовленную ей участь.
Она пробила товар в программе, полностью сконцентрировавшись на деле. Аккуратно сложила покупки в пакет — и всё это с неизменной улыбкой, которую ему отчаянно хотелось стереть с её лица иным способом.
Константин не мог оторвать взгляд от её губ, подчёркнутых яркой, но не вульгарной, а притягательной помадой. Он успел детально рассмотреть её лицо. Веснушек почти не осталось (а когда‑то они ему нравились, хотя её саму неимоверно раздражали). Косметика нанесена минимально. Кожа ухоженная, утончённая, с едва заметными возрастными морщинками — только если пристально вглядываться.