Девушка прикрыла за собой дверь, ненадолго прислонившись к ней спиной, небрежным движением головы откинула в сторону непослушную прядь волос со лба, покрытого капельками пота, блестевшими в полумраке отражениями далёких звёзд, довольно улыбнулась, поправила свою пышную грудь и через секунду исчезла в соседних апартаментах младшего сына барона…
Развязку ночным приключениям юной баронессы герцог ждать не стал, для одного раза он и так увидел и услышал больше, чем рассчитывал. Оторвался от каменной стены, вынырнув из тени арки, и бесшумной тенью скользнул в спальню баронессы Батрасл…
Уже внутри огляделся, привыкнув к темноте, втянул ноздрями запах женского жилища, наполненного приятными цветочными ароматами, безошибочно нашёл роскошный бар, встроенный в одну из стен, налил себе вина в высокий бокал на длинной ножке, уселся в кресло, закинув ногу на ногу, и принялся терпеливо ждать, глядя на огромную полную луну за окном и изредка поглядывая в сторону дверей…
Хозяйка замка вернулась в свои покои спустя треть часа. Так же, как и герцог до этого, неторопливо, с ленцой подошла к бару, налила себе бокал красного вина, осушила его залпом и сыто рыгнула…
— Я вижу, вы неплохо проводите время, баронесса. — с усмешкой произнёс Каннингем, наблюдая за девушкой, облачённой в лёгкий полупрозрачный ночной халатик.
При звуке чужого голоса, жена барона непроизвольно вздрогнула и заметно напряглась, на удивление, почти сумев скрыть это, и через мгновение обернулась к незваному гостю.
— Не жалуюсь. Я люблю разнообразие. — усмехнулась хозяйка комнаты, окинув Каннингема оценивающим взглядом.
— Разнообразие? — уточнил герцог.
— Угу… — простодушно кивнула девушка, неторопливой, вызывающей походкой двинувшись в сторону гостя. — Муж любит брать меня спереди, его старший сын сзади, а младший в…
— Я понял, можешь не продолжать. — отрезал герцог, недовольно поморщившись. — Я думал мы говорим о гастрономическом разнообразии.
— Вы что-то имеете против?
— Барон мой давний друг. Соратник.
— И что?
— А ты сраная суккуба, сосущие его жизненные силы! — слегка повысил голос герцог.
— Фи! Как грубо! — театрально поморщилась молодая жена барона. — Тем более, слышать это от вас — от самого герцога Каннингема!
— Ты суккуба! — повторил Чарльз более сдержанно.
— Это плохо? — вопросительно загнула кверху правую бровь соблазнительная суккуба, сделав ещё два шага вперёд. — Мне думается, нет… Он доволен, я сыта. Все в плюсе. Как это называют умные мужи из Сорбонны? Симбиоз, кажется…
— Паразитизм. От греческого — нахлебник.