Один сидел на поваленном дереве, помешивая большим черпаком какое-то варево в котле, висящем на двух рогатинах над огнём, двое других вальяжно развалились прямо на земле, поближе к теплу. А самый старший на вид, наверняка главный в этой четвёрке, притулился на пеньке, задумчиво и меланхолично затягиваясь самокруткой и пуская в тёмное небо струи белого дыма.
«Странное решение — держать пленницу без надзора. Какой в этом смысл?» — недоумённо поморщилась ведьмочка и тут же отбросила эту мысль.
Ей это точно на руку — можно попытаться освободиться и сбежать… Бежать при первом же удобном случае! Как только эти ублюдки напьются, передерутся между собой и заснут… Или как только ей удастся освободиться…
Алиса дёрнулась, проверяя верёвки на прочность, и тут же приуныла — кто-то из этой четвёрки явно связывал пленника не первый раз.
Остаётся… Что ей остаётся? Ведьмочка вздохнула и стиснула зубы — ничего ей не остаётся!
Она прекрасно понимала — она не демоница и даже не вампирша. Одними голыми руками с четырьмя взрослыми мужчинами она ни за что не справится. Да она и с одним не справится — какие четыре⁈
— Косой, проверь нашу гостью. — словно прочитав мысли девушки, хриплым голосом произнёс мужик с самокруткой.
— Эт я мигом! — живо подскочил с поваленного дерева бородач, отложил в сторону черпак и быстрым шагом двинул в сторону пленницы…
Обогнул густые кусты, сделав небольшой крюк, перепрыгнул несколько гнилых стволов, и оказался прямо напротив притихшей девушки.
— О! Очнулась, сонная красавица! — радостно всплеснул здоровяк руками, неторопливо подошёл ближе и оценивающе поцокал языком. Не сдержался, положил свою огромную ладонь на голую грудь ведьмы и несколько раз жадно сжал…
Голую⁈ Погоди, что⁈
«Она голая! Сука!» — едва не взвыла Алиса от отчаяния, поняв и во всей степени оценив своё незавидное положение.
Голая, в тёмном лесу, среди четверых мужиков, распятая и привязанная к дереву по рукам и ногам. Снова! Как же это унизительно!
«Это всё она! От неё все беды в её жизни!» — решила юная ведьмочка и до боли закусила губу от отчаяния.
Во всём виновата её немаленьких размеров грудь — привлекает и притягивает к ней неприятности. Бабуля всегда говорила ей: «Алиска! Нельзя быть слишком красивой. Будь умной!». Вот Ли и Ми повезло, у них груди маленькие, и ни в какие неприятности они не влипают, не то, что она… Эх…
— Что ты там жмякаешь, малохольный? — не сдержавшись, брезгливо произнесла баронесса Вудхэвен. — Переходи уже к делу. Да развяжи меня, так сподручней будет.
— Ты мне зубы не заговаривай! Ведьма! Знаю я! Задуришь голову, и поминай как знали! Нет уж… Развязывать тебя никто не будет. — гаденько усмехнулся бородатый и как можно больнее сжал женскую грудь своими грязными пальцами.