В небе висело ЭТО.
Огромный пульсирующий глаз, пристально смотрящий на меня с высоты. Точно такой же, как на рисунке Этьена: кроваво-красный, опутанный сетью вен и артерий.
Господи… Он занимал половину неба. Как я мог его не заметить раньше?
Больница казалась в несколько раз зловещей на его фоне.
[Глаз Левиафана. Уровень: Неизвестно.]
[Эффекты: Неизвестно.]
Я смотрел то на глаз, то на эти бесполезные подсказки. Наконец, не выдержав, закричал:
— Чёрт возьми! Если тебе ничего не известно, то и не сообщай об этом! В чём смысл таких «подсказок»?
Морок непонимающе посмотрел на меня.
— Почему ты кричишь в пустоту?
— Ты что, не видишь это? — указал я на глаз.
— Вижу. Разве он не давно там?
— Давно? — поразился я. Он видел это с самого начала? — И что это такое?
Морок лишь пожал плечами.
— А мне откуда знать? Я же не оракул.
Её пухлые губы слегка приоткрывались, когда она иногда покусывала их во сне. Каждый раз в такие моменты она думала об Алексее, особенно ранним утром, когда мысли становились яснее всего.
Нет, она не могла сказать, что влюбилась. Она бы не назвала это любовью. Любовь — это что-то возвышенное, что-то из брака, под клятвой Господу.
Нет, это скорее влюблённость, самое начало. Она и сама не заметила, как думать о нём стало приятно. Приятно говорить, приятно представлять его образ, приятно придумывать в голове различные ситуации.
Одна из её любимых фантазий была такая: Алексей приезжает к ней домой, такой же уверенный, как всегда, и заявляет её отцу, что возьмёт её в жёны и никому больше не позволит её обидеть.
«Мечты… Такие мечты…» — думала Дая, чуть просыпаясь.
Но внезапно она ощутила что-то странное и неприятное на своих руках, словно что-то сковывало их. Она сразу же открыла глаза, посмотрела на свои руки и увидела наручники.
Железные, чёрные — такие же, какие используют полицейские. Хотя она знала немного о современном мире, но понимала, что подобные вещи встречаются.
Она не удивлялась этому, скорее пыталась проникнуться духом этой эпохи. Всё бы ей понравилось, кроме наручников.
Её сонный разум не сразу осознал, что происходит.
«Наручники? Зачем?» — пронеслось в голове.
Дзынь… Дзынь…
Металлический звук эхом разнёсся по палате. Она подумала, что это просто дурной сон. Но её подсознание твердило: «Оглянись!»
И тут Дая окончательно проснулась.
Она начала оглядываться вокруг. Вспомнила, что спала не одна. В комнате находились ещё двое «новых» людей. Это была не первая ночь, которую они провели вместе, но только на вторую ночь появились сюрпризы, и её подозрения ослабли.