Эти твари впивались в кожу, оставляя укусы, от которых всё чесалось. Они доводили меня до нервного срыва.
Ну, не твари ли?
Мне срочно нужен какой-то дихлофос. Эта гора явно не принадлежит людям, она полностью во власти насекомых. Их тут миллиарды. Проще всего было бы сжечь эту гору дотла.
Каждую ночь меня посещали такие мысли.
…
Спустя ещё две недели у меня было одиннадцать из двенадцати нужных трав.
Часть из них пришлось засушить, часть — перетереть в зелёную труху, а что-то даже засолить.
Например, около десяти луковиц. Их нельзя было ни сушить, ни хранить в свежем виде — они бы быстро сгнили. Однако, если их очистить, нарезать и засолить, соль не позволяла им испортиться. Этим секретом со мной поделилась травница из деревни.
В общем, сохранить травы и их свойства оказалось не менее сложной задачей, чем их найти. Вы можете спросить:
«Почему же ты вернулся домой? Ведь осталась всего лишь одна последняя трава. Ещё чуть-чуть!»
Я сам задавался тем же вопросом. Всё началось с лёгкого кашля. Затем заложило нос, я начал шмыгать. Когда меня вырвало с кровью, стало понятно: я умираю. Если говорить проще, я заболел.
Выяснилось, что мой главный враг — это не порок сердца. Их у меня, кстати, оказалось много. Главными врагами стали бактерии, вирусы и грибы.
Каждый со своим штаммом. Тяжёлые физические нагрузки, переохлаждение, стресс — всё это довело меня до полного истощения.
Наивно было думать, что отвар из корня валерианы или пустырника сможет меня спасти. Они точно не стали бы панацеей. В итоге — щеки горят, губы пересохли, лежу в полубреду и вижу…
[Телосложение −0,1.]
Минус мои характеристики. Было неприятно терять то, что заработано потом и кровью. Всё же с неба это не падало. А главное — причина: из-за какого-то дурацкого гриппа?
Несмотря на это, мне приходилось лежать в кровати, укрывшись старым одеялом. И это при том, что на улице стояло лето.
Впрочем, полностью беспомощным я себя не чувствовал. Нет, такого со мной точно не будет.
Я продолжал много есть, много пить, много спать. Нет лучше лекарства. Кроме того, я использовал травы, собранные на Дее.
Они оказались невероятно горькими, но я знал, что делать: промыть нос солевым раствором, прополоскать горло и сделать дыхательную гимнастику.
Последнее было моим самым нелюбимым занятием. Оно не только неприятное, но и утомительное. Зато после него я неизменно засыпал.
Грипп удавалось держать в узде, не давая ему полностью захватить организм. Однако о возвращении на гору Дея не могло быть и речи. Вот так обстояли дела.
Пока я лежал, больше убитый скукой, чем гриппом, мой мозг продолжал работать. Именно в такие моменты меня часто посещают гениальные мысли. Одна из них звучала так: