Глава Союза Воинов в военной форме говорил о защите Цитадели от внешних угроз. Председатель Союза Фермеров призывал выращивать больше продовольствия. Председатель Союза Магов о магических исследованиях и их важности для будущего.
Легко было заметить, что у каждого были свои интересы. Но одно их объединяло. Все говорили о Ярославе с глубоким почтением, словно ждали появления истинного Правителя.
«Настолько всё хорошо?»
«Сестра явно делает успехи…»
Меня удивило то, что в Цитадели раньше было восемь разрозненных сил, но теперь каждый выделял Ярославу как главную фигуру.
Они не говорили прямо, но между строк можно было понять, что они признают новую власть в Цитадели. Власть, которая выше их собственной.
У всех людей на площади назревал один вопрос:
«Неужели в Цитадели наконец-то появилась единая власть?»
Никто не знал, хорошо ли это или плохо. Но нынешнее положение дел всех достало, и любых изменений они ждали с нетерпением.
Вскоре ожидание закончилось. Вышла Ярослава во всей своей грозной «красе». Железная маска пугала и внушала одновременно страх и уважение.
Её фигуру скрывал длинный тёмный плащ с высоким воротником, подчёркивая властность.
При виде неё все главы союзов, стоявшие на сцене, синхронно склонили головы в глубоком поклоне.
Люди на площади сначала замерли в благоговейной тишине, но вскоре начали кричать:
— Великая Ярослава!
— Спаситель наш!
— Да здравствует Правитель!
Толпа была в экстазе. Падали на колени, простирали руки к небу, кричали, что снизошёл долгожданный спаситель, который избавит их от хаоса и страданий.
Впрочем, я подумал о другом:
«Неужели это действие навыка?»
Признаюсь, что даже мне было тяжело не сойти с ума от дикого чувства обожания сестры.
Волна восторга накатывала изнутри, словно что-то заставляло меня преклоняться перед ней.
«Её профессия слишком властная…»
Я даже подумал о том, что будь подобная сила у меня, и если масштабировать её на всю Цитадель, то я бы её подчинил за сутки.
Ярослава выглядела холодной и величественной на сцене. Она медленно подошла к микрофону, и площадь мгновенно затихла. Её голос прозвучал чётко:
— Граждане Цитадели Семьдесят Семь, я приветствую вас…
Сестра пыталась своими словами «жечь сердца». Удивительно, но в момент, когда голос народа был не важен, когда власть его «игнорировала», именно она говорила о простых людях.
— Настало время перемен… Провести реформы, чтобы изменить застоявшиеся устои… Сосредоточиться не на привилегиях благородных семей, а на силе простых людей…
Она открыто со сцены, на глазах у всех вскрывала одну проблему Цитадели за другой. Говорила о беззаконии, о секретности элит, об отсутствии общественности и закостенелости старой системы. Люди в толпе кивали, многие вытирали слёзы.