Проснулся я уже днем. И, судя по таймеру на биомониторе, днем следующего дня. За окном палило солнце, а за дверью, по запаху мяса угадывался давно остывший завтрак. Хороший запах, таких сочных, холестериновых жареных колбасок. Я его даже без шакраса унюхал бы. За стенами моего садового домика кипела обычная жизнь небольшого городка в Пограничье: суета, чьи-то крики, выстрелы…
Я потянулся, сладко зевая и отмечая, где тело отзовется болью. Похоже, пострадали только забинтованные ребра. Но если верить Нолану, благодаря его особой «Живинке» через два дня буду как новый. При условии, что не стану делать резких движений, конечно.
От больницы мы с Кидом стартанули не сразу. Пацан устроил мне лекцию про местный мотопром, а я под это дело перекусил. На Аркадии на данный момент было два собственных завода и с десяток крупных мастерских, в которых как ремонтировали простенькие грузовички, так и кастомизировали импорт в уникальные скоростные пушки для ценителей и богатеев.
То, что мне досталось в наследство от Нюхача, можно назвать промежуточным вариантом, который часто покупали и фермеры, и всякого рода искатели приключений. Меня это устраивало, в первую очередь потому что ни у кого не возникнет вопросов. Были мысли, что у Нюхача какая-то особенная модель, по которой меня свяжут с его скоропостижной кончиной, но Кид развеял мои опасения. Документы на транспорт в Нейтауне никто не проверял, но на въезде в Ганзу его придется оформить.
Сразу, как с этим разобрались, поехали к Нолану. Мне нужна была «Живинка», а то и что-нибудь покрепче. А Кид волновался за Хобс, хоть и старался этого не показывать. Пацан, в принципе, вел себя странно и явно переживал какой-то собственный кризис. Что-то типа взросления и переоценки ценностей. То хотел уехать из Нейтауна посмотреть мир, то вспоминал, что у него теперь есть своя земля, и возвращался к плану о женитьбе. То почему-то краснел при упоминании Клары.
Сам разберется. Советов он не просил, поэтому я не докапывался.
Хобс уже очнулась и порывалась выскочить на улицу, чтобы как минимум оценить повреждения фургона, а как максимум затеять какую-то новую авантюру. Все время мне подмигивала и пыталась что-то сказать, но Нолан не позволял. В итоге вручил мне сразу три бутылки с «Живинкой» и прогнал нас. Вот тогда-то я ушел спать, немного перепугав своего домовладельца и своим видом, и шумом байка.
Я еще раз посмотрел на биомонитор, а потом и на обычный календарь с часами.