Дела семейные
Грязный, лохматый, в потертой кожаной куртке и латаных холщовых штанах — раскинувшийся в кресле напротив Даниэля человек совершенно не походил на Натана. Дома в Арасе брат одевался получше, да и при всей своей неопрятности и расхлябанности заботливо следил за волосами, собирая их в тугой хвост. Черный короткий хвост, схваченный на затылке шнуром. Патлы же незнакомца мало того, что серели явственной сединой, так еще и опускались за плечи слипшимися русыми космами. Припухшее обветренное лицо, бледно-голубые глаза, широкий с горбинкой нос — бродяга, бандит, или пропивший все и вся работяга. Никак не один из Ангелов.
Даниэль молча рассматривал новую ипостась брата, стоя у закрытой двери. Внешний вид Ната мог обмануть кого угодно, но только не его. На своем веку Первому Ангелу довелось повидать сотню разных Натанов любых возрастов и общественных статусов. Брат всегда с легкостью менял роли и лица, как и пол при желании. Сегодня суровый вояка с усами и бородой, завтра взбалмошная блондинка, еще через день лупоглазый сутулый отрок. Лучший мастер перевоплощений всей Сарии — Безликий, как его называли в народе. Само собой за глаза, ибо официально Натаниэль именовался Ангелом Ночи, или Ночным Ангелом. Мать страстно любила помпезные титулы и певучие имена, а спорить с Великой Богиней не позволялось даже им — ее детям.
— Не рад меня видеть, брат? — ухмыльнулся оборванец.
— Рассказывай.
— А ты не меняешься. — Натан картинно зевнул, потянувшись в кресле. — Чтобы ты знал, я даже не перекусил с дороги, сразу пришел к тебе. Имперцам понравился Вихрь?
— Не особо. Индар взяли за день. Их армия отступила на юг — Нарваз почти наш.
— Это радует. Герцог, я полагаю, отправился с ними?
— Нет. Рихтер предпочел Империи Даргон. Полагаю, он уже на подходе к границе.
— А это вдвойне хорошо, — встрепенулся Натан. — Разом убьем двух зайцев.
— О чем это ты? — спросил Даниэль.
Первому Ангелу, наконец, надоело стоять и он, в несколько шагов преодолев зал приемов, опустился в высокое, обитое бархатом кресло, заменявшее здесь герцогский трон. Сам трон находился в другом зале приемов — в большом. Во дворце Рихтеров таких залов имелось три штуки: большой, малый и тайный. Натан для своего визита почему-то предпочел этот тайному, но то его дело — не Даниэлю учить брата скрытности.
Натаниэль всегда сам выбирал место встречи — это было его маленькой привилегией. А, может, и необходимостью — кому еще разбираться в таких вещах, как не шпиону. Вернее, разведчику, как предпочитал себя называть Натан. Глава тайной службы имел много разных талантов, но главным средь них шла отточенная до безупречности скрытность — никто и никогда не знал наперед точных места и времени появления Ангела Ночи. Вот и сейчас Даниэль мог поспорить на что угодно — приход брата во дворец остался незамеченным даже для его личной охраны. Весть о том, что Холодного ожидают в зале малых приемов передал ему служка из местных — один из немногих нарвазцев, не покинувших город вместе со свитой герцога. Наверняка, один из осведомителей Ната. Таких в сети брата по всему миру имелось великое множество. Паутина доносчиков-информаторов, насколько знал Даниэль, покрывала и графства Империи. Вряд ли густым узором, но свои люди были у брата везде. Даже в сердце врага — Гайдоре Безликий умудрялся держать агентов. Как минимум, одного.