— Люк справа от двери, и эти придурки, похоже, только что открыли его, — усмехнулся он.
Джоан обреченно зажмурилась, понимая, что если она не выберется отсюда, то Клаус точно позаботится об Оливере, и в этот самый момент она даже пожалела, что потратила свою жизнь на ненужные ссоры с мужем.
— Давайте! — раздался властный голос за дверью, а следом все содрогнулось от мощного удара, отчего с потолка посыпалась старая краска.
Огонь в ее руке погас. Джоан несколько раз глубоко вдохнула и попыталась вернуть способность, но эфир исчез. Единственным ее оружием теперь оставался кинжал.
Как вдруг вместо обычного огня каморка осветилась изумрудным пламенем скверны.
— Пусти меня вперед, — нервно фыркнула некромантка, едва не отталкивая Берч.
В одночасье, когда Дженнифер пришла в себя, скверна стала сильным противовесом в бою, а у Хоука освободились руки, их бегство уже не казалось таким бессмысленным.
— Твой туман, Монтеро! Он собьет их с толку! — Джо быстро уступила место Эфрейн, а затем еще тише добавила. — Как только дверь откроется, Джен атакует скверной, а ты бегом на крышу напускать туман. Мы следом. А дальше… действуем по обстоятельствам.
Уверенный и почти приказной тон Джоан не оставил и надежды на спор, даже Монтеро, с которым нынче слабо соотносилось слово «бегом», согласно кивнул.
— Раз, два, три! — раздалось снаружи, и за секунду до того, как дверь затрещала, Берч, Хоук и Эфрейн натянули на голову капюшоны.
А потом все просто утонуло в сполохах скверного огня. Невыносимый вопль адептов, чью плоть иссушивало зеленое пламя, возвещал о том, что путь к побегу открыт.
— Вперед! — скомандовала Дженнифер, отрезая стеной скверны дорогу эпигонам к люку на крышу.
Тех же, чьи тела уже бездыханно лежали на полу, некромантка тут же обращала в зомби.
Монтеро тем временем оказался возле люка, но замешкался из-за раны, которая уже давала о себе знать. К нему подоспел Хоук, резким толчком пихнув гегемона вперед к лестнице. Но, помимо раненного Висенте, почему-то медлила и Джоан.
Она замерла, заметив, как легко только что погибшие эпигоны вновь оживали и теперь под влиянием некромантки яростно бросались на своих же. На стороне Эфрейн было уже не меньше десятка оживших мертвецов, и, судя по ухмылке на лице, инфанта явно наслаждалась этим процессом умерщвления и воскрешения.
Но Джоан обескуражило не это. Вся сущность и мораль адептов Света всегда основывалась на убийстве только в случае защиты, но даже тогда, чаще всего противника брали в плен. А сейчас Джо понимала, что и сама довольно ухмылялась, наблюдая, с какой быстротой погибали их обидчики.