— Завтра придёшь к нам по сетке играть?
— Само собой!
Кстати, ещё одна новость — теперь мой бывший начальник, учёный Станислав Волков, водит дружбу не только с моим мужем. От него ещё и наша дочь в восторге. Они уже не в первый раз усаживаются на нашей кухне каждый со своим ноутом, и я теряю их часа на два, а то и четыре. Почти семейное развлечение, а Стасик и вправду стал для Нюшки кем-то вроде дяди. Вот только я плохо понимаю, как со всем этим быть.
— И, кстати, мама-то ваша где? — внезапно интересуется голос из трубки. — Разговор к ней есть.
— Здравствуй, Станислав.
Вроде бы спокойно отвечаю, а внутри всё почти сжимается. Предчувствия так и кричат о приближающейся опасности для моего душевного покоя. Впрочем, откуда у меня вообще в последнее время может взяться спокойствие?
— И тебе не хворать. Короче, Мир, — разумеется, сразу же переходит к делу. — Я помню, что ты вроде как уволилась от меня по собственному желанию, и всё такое. Но у меня сейчас беда, и без тебя никак не справиться.
На мгновение я застываю, и мы встречаемся взглядами с Костей. Ни на его лице, ни на моём прочесть ничего нельзя. Мы стали чёртовыми мастерами по сокрытию эмоций. Жаль…
— Ты правильно сказал — уволилась по собственному желанию, — говорю невозмутимо, хотя внутри меня бушует ураган. Как мы довели свою жизнь до такого? Нет, как я довела?.. — И больше помогать тебе не намерена, Стас, мы это обсуждали.
— Мир, тут… — по ту сторону трубки внезапно запинаются, и я слышу глубокий вдох. — Тебе просто нужно её увидеть, и ты не сможешь отказать.
— Я уже отказала.
— Это действительно сложная ситуация, и клиентка просила именно тебя. Мира, она готова платить четыре наших тарифа, лишь бы ты занялась её делом прямо сейчас!
Отвожу взгляд. Ну разумеется, дело в деньгах. Кто бы сомневался, когда мы говорим о Стасике! Но ни за какие деньги я не куплю спокойствие в своей семье, а после каждой операции я его лишаюсь.
— Всё, что хотела, я тебе уже сообщила. Я завязала с той работой, и меня сейчас всё устраивает.
Тишина в комнате царит от силы несколько секунд, а потом слышу ещё один вздох.
— Я понял тебя. Но ты всё равно подумай. Сейчас на часах половина десятого, мы будем ждать до одиннадцати. Приедешь — и я твой должник на веки вечные. Ладно, пока, семейство.
Валявшийся на кровати телефон буквально звенит тишиной. Мы смотрим на него, все трое, но брать в руки почему-то не решается даже Костя, хотя это и его мобильный.
— Мам, так ты поедешь или нет? — поднимает на меня глаза Нюша. — Дядя Стас ведь очень просит…
— У дяди Стаса чуть ли не каждый второй случай — катастрофа, — пожимаю плечами и направляю струю пара на последнюю из рубашек. Нюша про мои перемещения так и не знает, вот и пусть остаётся в счастливом неведении. — У него есть кому поработать и без меня. Или я вам уже надоела?