Пролог
— Мир, а ты не видела мои носки?
Пш-ш-ш-ш…
— Ми-и-ир, так что там с носками?
Пш-ш-ш-ш-ш…
— Мира?
На этот раз Костя заходит уже в комнату, и игнорировать вопрос и в третий раз не получается.
— Уточни, какие конкретно носки тебя интересуют, — меланхолично интересуюсь у мужа, не глядя ему в глаза.
— Носки, Мира! Которые надевают на ноги.
Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…
Последняя струя пара у меня получилась особенно удачной. Ну лично я так считаю, а так как мы с Афанасием уже неделю как превратились в неразлучных друзей, то опыт в этом деле у меня немалый.
Знакомьтесь, Афанасий — ручной отпариватель. Появился в нашей квартире примерно тогда же, когда дочь внезапно вспомнила, что она — девочка, и на окончание школы заказала бабушке красивое и воздушное платье. Подарок, кстати, полная фигня, но именно из-за него Косте пришлось в срочном порядке покупать нам в дом отпариватель. Я назвала этот агрегат Афанасием, нарисовала перманентным маркером глаза и смешную рожицу, и теперь мы с ним фактически не разлей вода. Во всяком случае, до его появления к глажке я особой любовью не проникала, и вообще руководствовалась принципом, что аккуратно развешенные на плечиках вещи в знакомстве с утюгом не нуждаются. Сейчас же мы даже диалоги с семейкой ведём на пару с Афанасием. Собственно, именно ему я и стала говорить всё, что думаю о носках.
— Видишь, Афанасий, как хорошо, что у тебя нет ножек, — наставительно заявляю, любовно проводя отпаривателем по Нюшиной футболке. — А вот у Кости они есть, и он порою забывает, что чистые носки должны лежать в шкафу, а грязные — в корзине для белья.
— А если их нет ни там, ни там? — хмыкает Константин, который вообще-то стоит в трёх шагах от меня.
— Возможно, гномики выбросили? — пожимаю плечами. — Как ты считаешь, Афанасий?
Костя возводит глаза к потолку и выходит из комнаты под обещания о том, что скоро его терпению придёт конец и он попросту выбросит этот отпариватель.
— Не бойся, малыш, — успокаивающе поглаживаю прибор по кнопкам. — Злой дяденька тебя не тронет, ведь ему тоже нравится, что после твоего появления его рубашки стали только лучше.
— Претензии здесь только к тому, что ты повадилась разговаривать с техникой. Мира, — Костя возвращается, притом прямо с бельевой корзиной. — Полосатых носков нет ни здесь, ни в шкафу, ни на сушилке.
— Милый, ну неужели тебя не пустят на работу тупо в чёрных?
— У нас флешмоб.
Я снова отворачиваюсь от мужа и сосредотачиваюсь на глажке. Кажется, этот процесс — единственное, что вообще может меня успокоить в последнее время.