Оставляю ключи на крючочках, взглядом прохожусь по поверхностям коридора и кухни-гостиной. Уютно. Впрочем, за уют тут в основном отвечает Семён Васильевич, но и женская рука чувствуется не меньше. Почти что сразу замечаю поставленные в вазу лилии, и внутри всё сжимается от неприятного чувства. Чем руководствовалась Людмила, когда заботливо ставила в воду цветы, заказанные для другой женщины? Хотя я чувствую, что эта дамочка спокойно бы надела этот букет на голову неверному мужу, добавив пару едких комментариев, но не в этот раз. Что же мешает ей проявить эмоции? Любовь, которая и не подумала покидать, или скорее полное опустошение внутри? Посмотрим.
Отправляюсь в ванную комнату клиентки, по пути разглядывая стены и интерьер. Для самой Людмилы Николаевны всё это просто фон, глаз давно замылен и не видит мелочей. А вот мне интересно рассматривать фотографии в рамочках, семейные портреты, какие-то памятные сувениры. Они позволяют вырисовать картину четы Дорофеевых, и по всему получается, что здесь все были счастливы. И продолжили так же жить, если бы не безумное стечение обстоятельств, в результате которых произошла авария и муж нашей клиентки потерял память. С другой стороны, он ведь не просто забыл свою жену — он не захотел её вспоминать. И как знать, если в сознании Людмилы у них был счастливый брак, то вдруг для самого Дениса тот являлся исключительно привычкой? Надо разбираться. Или не надо, ведь мне заплатили не за это.
В ванной комнате приятно пахло маслами и чем-то свежим. Ванну я проигнорировала, отправилась сразу в душ. К тому же, время поджимало, и до прихода Дорофеева оставалось минут сорок, не больше. Я распустила пучок, в который были собраны волосы Людмилы, и едва не охнула: они шикарны! Длинные, почти до пояса, и очень мягкие наощупь. Тут же в памяти всплыло, как муж клиентки часто касался этих волос, каждый раз с восхищением рассматривая. И очень может быть, сама Мила бы давно подстриглась, но оставляла эту длину для мужа. Вообще, очень многое в её жизни делалось для Дениса Викторовича, и сейчас меня это удручает. Что же осталось лично для неё? Пожалуй, этим мы и займёмся завтра: составим список дел, которые помогут Миле прийти в себя и будут сделаны исключительно для неё.
После душа я решила не сушить волосы, а оставить их так. И вместо привычного домашнего костюма, состоящего из свободных штанов и кофты, остановилась на платье-футболке, свободном, но длиной всего-то до середины бедра. Вообще, эта женщина имела привычку одеваться весьма скромно и даже консервативно. Во всяком случае, на работе, где она сама порицала интрижки и плотоядные взгляды, и дома, где у неё имелся сын-подросток, то и дело приводящий в гости друзей. Мужа обычно баловали прелестным видом в спальне, и я уже успела оценить количество кружевного белья в шкафу. И на какие-то вечеринки она тоже могла одеться весьма фривольно, особенно если выходила в свет с Денисом. Другое дело, что с момента аварии они просто нигде не бывали, и я даже не удивлена, отчего этот мужчина назвал жену скучной. Что, впрочем, не делает ему чести. Даже если не испытываешь к женщине какой-то там страсти, пригласи её в ресторан хотя бы из уважения! Всё-таки это тот человек, который провозился с тобой несколько месяцев, пока ты приходил в себя после аварии. Но нет, Дорофеев предпочёл отгородиться от всего, и этим, если честно, нехило меня выбесил. Немалых трудов стоит остановить себя, ведь мне заплатили только за развод. О восстановлении справедливости, тем более той, которая сформировалась лично в моём понимании, разговоров не было.