— Справлюсь сам.
— Конфликт исчерпан? — Рейв обернулся к нему. Удивительно, ведь ни слова не сказал о последнем выпаде Клэйдана. А тот нарушил договоренности! Поступил крайне отвратительно.
Как я могла не замечать истинной сути Клэйдана? Очаровалась красивыми жестами. Поверила, будто он честен и благороден.
— Конфликт исчерпан. — Клэйдан устремил к Рейву настороженный, очень внимательный взгляд.
Рейв повел плечом и повел меня на выход, все так же обнимая за талию.
Это хорошо, что он меня придерживал. А то после всего пережитого ноги то и дело норовили подкоситься.
— Рейв, ты как? Не пострадал? — Я попыталась взять себя в руки.
— Нет. Мы сражались до первой крови, и эта кровь была не моя.
— Но этот Клэйдан… — выдохнула я, все еще потрясенная произошедшим. — Как он мог?.. Нарушил правила дуэли…
— Теперь ты видишь, на что он способен? Зря столько времени фанатела по этому придурку.
— Рейв!
— Что?
— Ужасно за тебя переживала.
Мы поднялись по лестнице женского общежития и вошли в мою комнату. Я еще раз осмотрела Рейва. Отметила несколько порезов на рубашке, но без крови. До кожи меч Клэйдана действительно не добрался.
— Почему ты не сказал сразу? Почему не сказал, что умеешь драться на мечах, да еще так хорошо, что победил второкурсника с огненного факультета? Я ведь… Рейв, я так сильно за тебя переживала. — Глаза защипало, голос сорвался на хрип. Да я за это утро чуть с ума не сошла!
— Все хорошо, Майла. Теперь уже все хорошо, — шепнул Рейв, потянувшись к моим губам. — Видишь же, что не пострадал.
Он целовал горячо. Так безумно, что мои мысли опять начали путаться.
— Но почему… Ты же мог просто сказать, — прошептала ему в губы.
— Сглупил. Хотел, чтобы ты поверила в меня без всяких объяснений.
— Ох, Рейв… Я…
Хотела признаться, что собиралась помешать дуэли, сообщив об этом ректору, но Рейв приложил палец к моим губам, заставляя замолчать. И снова поцеловал. На этот раз медленно и вдумчиво. Очаровывая, Рейв вел меня вслед за собой. Я поддавалась, ощущая, как по телу проходит взволнованная дрожь.
Язык Рейва скользнул по губам и чуть надавил, заставляя их приоткрыться, чтобы сделать поцелуй еще глубже, еще откровеннее.
Руки Рейва, прижимавшие мое тело к его, спустились от талии к бедрам, оглаживая так обворожительно, что коленки снова задрожали и начали подламываться.
— Майла… ты не представляешь, как сильно сводишь с ума, — выдохнул Рейв, целуя теперь уже не губы, а шею.
Прикусив кожу на ключице, он сорвал стон с моих губ. Каждое прикосновение, каждый поцелуй отзывались в моем теле трепетной дрожью — мне хотелось этого, хотелось, чтобы Рейв продолжал.