— Икар Артурович, вы гнев на милость не сменили ещё?
— А я и не гневался, — усмехнувшись, ответил он.
— Как не гневались? Вы меня выгнали из секции.
— Так за дело ж, не по гневливости своей, не по вздорному же характеру.
— Ну, дело прошлое, возьмите обратно. Измучился я без тренировок.
Он усмехнулся.
— Хороший ты парень, Серёга, — сказал он, расправляя плечи. — И способный. Я, может, даже сказал бы, талантливый. Но в таланте знаешь, что главное?
— Да знаю. Дисциплина и распорядок.
— Молодец, правильно говоришь. Дисциплина и распорядок. Спортсмен живёт как пёс. По жёсткому расписанию. А вот с этим-то у тебя как раз беда, парень.
— Ёлки-палки! — воскликнул я. — Можно подумать, я хожу где-то там, клей нюхаю. Или ещё чем-то похуже занимаюсь. Я же на олимпийскую медаль не претендую.
— Вот и плохо, что не претендуешь, — сделался он серьёзным. — При чём здесь клей или не клей? Тебе здесь спорт или физкультура? Физкультурой дома занимайся на коврике в свободное от учёбы время и от других задач. А если идёшь в секцию, правила тебе известны.
— Я по государственным делам отлучался, — покачал я головой.
— Да хоть по каким, хоть по галактическим или даже вселенским.
— Что, не возьмёте обратно? — нахмурился я.
— Нет, не возьму, — развёл он руками.
— Ну и что мне делать прикажете, где заниматься?
— Сергей, я откуда знаю? — усмехнулся Краб. — Говорю, на коврике дома.
— Дома я назанимаюсь, — кивнул я.
— Ходи в какой-нибудь зал, возьми дружка с собой, избивай его там регулярно. Было бы желание, возможностей много, какая-нибудь обязательно появится.
— Ну, спасибо, в общем, — махнул я рукой.
— Сергей, я тебя назад возьму с удовольствием. Но… сам знаешь.
— Ясно всё с вами. Как в остальном дела?
— Нормально, — пожал он плечами.
— Слушайте, а вот у Костика клуб есть…
— Это что за Костик? — нахмурился Краб. — С фиолетовыми волосами? Сухарев?
— Он, да.
— Слыхал, — кивнул Икар. — Но сам не был там ни разу. Но слыхать слыхал. Так-то я его знаю. Сухарев парень толковый.
— Ну, а что, если мне туда пойти?
— Ну, попробуй. Попробуй. Некоторые ходят. Только… Сам-то он чемпион, но быть чемпионом и воспитывать чемпионов — это не одно и то же. А ни одного чемпиона, вышедшего из его клуба, я не знаю. А у меня немало за всю мою историю. Так что, повторюсь, захочешь стать чемпионом — возвращайся.
Он улыбнулся.
— А так можешь идти к Костику, — закончил свою мысль Икар.
— Понял Икар Артурович. Пошёл, в общем, к Костику, раз вы меня благословили.
Выйдя от Краба и усевшись за руль, я позвонил Гагарину-младшему. Телефонами мы обменялись в школе.