Я не ответил. Втопил педаль, наполняя вселенную рокотом.
— Наверное органисты, чувствуют себя настоящими повелителями миров, — сказала Настя. — Они лишь движениями рук и ног заставляют материю дрожать и трепетать. Буквально, между прочим. Впрочем, у тебя это тоже это здорово получается. Я не понаслышке знаю.
Настроение было странным. Как будто было что-то, о чём мы не решались говорить. Но торжественный выезд удался. Очень даже. Мотор ревел. Колёса шлифовали мёрзлый асфальт и наледь. Корму закидывало, машины шарахались в стороны. Настя смеялась, кричала на виражах, а я жал.
Дядя Стёпа постовой махнул у главпочтамта полосатой палочкой, но я рванул вперёд, не остановился. Номера на машине были старинные, будто мы, как в том фильме, про путешественников во времени примчали сюда из девяностых прямо на тачке.
— Назад в будущее, — подсказала Настя. — Тот фильм назывался «Назад в будущее».
— Наверное, — согласился. — Ты права.
Я въехал на тротуар и остановился прямо перед школьным крыльцом. Было не слишком морозно, градусов восемь, так что народ тусовался на крылечке.
— Вау!!! — встретили школяры наш выход восхищёнными возгласами. — Фига се!!! Это чё за тачка⁈ Это красиво Крас подрулил!
Дискач был в актовом зале. Мы пошли к лестнице. Школа кипела, будто был учебный день. Хотя, нет. Атмосфера была другой — праздничной, полной предвкушения. В общем, мандарины, цветные лампочки и ожидание чуда.
Настя выглядела как леди, и народ привыкший к разноцветным волосам альтушки, к коротеньким юбчонкам и детскому виду буквально сворачивал шеи, глядя ей вслед. Она держала меня под руку.
Когда мы вошли в актовый зал, жизнь там уже кипела. Со сцены спускалась Медуза под звуки оваций, к которым ди-джей подкинул бита. Бум-бум-бум-бум! Медуза взмахивала рукой в такт.
— Ну, что же, друзья, это была Лидия Игоревна, которую вы только что искупали в овациях.
На сцене стоял Глитч и качал ритм вытянутой рукой с растопыренными пальцами.
— Как говорится, если голова болит, значит она есть. Надеюсь, она меня не слышит.
Медуза остановилась и что-то шутливо начала кричать Глитчу, но из-за шума толпы слышно её не было.
— Я понял, понял, — кивнул Глитч и помахал ей рукой, мол, идите-идите. — Не думаю, что кому-то, кроме Лидии Игоревны это будет интересно, но ничего не поделать. Она ведь здесь хозяйка. Короче, представляю вам гвоздь нашей новогодней программы. Причём, гвоздь почти в буквальном смысле. Анна Рекс. Лекция о здоровом питании.
Народ забился от хохота.
— Шучу, шучу. Ладно, Аня, иди к нам, мы не страшные, — он помахал за кулисы и снова обратился к залу. — Итак, стихи про Новый год. Исполняет Анна Грошева. Если судить по настойчивости, с которой Лидия Игоревна подталкивала Анну к этому позору на сцене, можно сделать вывод, что она сама эти стихи и написала. Но нет, ка ни странно, стихи написала не Лидия Игоревна. Стихи написал некто Блок. Вы слышали такого? Лично я нет. В общем, Александр Блок, «Ночь на новый год». Исполняет Аня, ну вы уже поняли, какая. Ань, давай. Заходи тихо, говори четко, проси мало, уходи быстро.