— Неплохо устроились ,— протянула я.— Значит, ты у нас мужчина в самом расцвете сил?
— Да, при моём уровне дара, ежели не прибьёт кто, смогу прожить где-то до ста восьмидесяти. Но тут загадывать сложно. А вот ты совсем малолетняя,— рассмеялся Рейн.
— Это по меркам твоего мира. В моём я уже успела нахлебаться достаточно прелестей взрослой жизни,— со вздохом проговорила. И даже помереть , добавила уже про себя.
Из-за куста маг вышел в чём-то вроде набедренной повязки, остальные вещи быстро застирал в пене. Я терпеливо ждала, пока он закончит, одновременно пытаясь переварить информацию, что передо мной стоит почти девяностолетний мужик… Мне стало вдвойне интересно, какое лицо скрывает эта густая растительность в виде бороды и бакенбардов. Затем мы оба с уханьем влетели в холодную воду. Маг вцепился мне в загривок, а я погребла на середину. Хватило нас минут на десять, потом уже зуб на зуб не попадал. Выбрались на берег, дрожь била просто безумная, я принялась скорее отряхиваться от воды, Рейн же натягивал мокрую одежду. Сейчас прятаться за куст он не пошёл, не до того было. Как, собственно, и мне было не до гляделок — носилась по берегу, пытаясь согреться. Заметив, что маг ещё и мокрый балахон натянул сверху всего, уже хотела ругаться, чтобы дал вещам просохнуть, ибо что я с ним заболевшим потом делать-то посреди леса буду, но тут Рейн что-то пробормотал, щелкнул пальцами, и в него ударил порыв горячего воздуха. Балахон вздыбился, борода встала колом, а волосы поднялись над плечами. Несколько секунд — и передо мной стоял лохматый как чёрт, но совершенно сухой маг.
— Вот это да ! — выдохнула, совершенно обалдев. И тут же упала на хвост: — С лушай, а меня так можешь?
Рейн сощурился, подошёл ко мне, зачем-то погрузил пальцы в шерсть на загривке, затем ощупал уши, я невольно дёрнула чувствительными органами. Пока его руки маячили перед глазами, заметила, что пальцы у Рейна очень длинные. Мне казалось — прикинь его руку на мою старую человеческую, так его пальцы где-то на фалангу длиннее моих.
— Слушай, что ты там шурудишься? — не выдержала.
— Учитываю длину и густоту шерсти на различных участках. Ты же не хочешь, чтобы я тебя подпалил, не рассчитав силу? — хмыкнул он, берясь за хвост.
— А ну пусти ! — выдернула своё богатство у него из рук.
Рейн рассмеялся.
— Что ты смущаешься, ты же собака,— мстительно выговорил он.
— Я не смущаюсь! — взвилась, после его слов действительно немного смутившись. Ладно хоть собаки не краснеют.