— Ну и какого чёрта ты тут понаписала⁈
Подняла уставшие глаза на начальника, нависшего над моим рабочим столом.
— Михаил Кириллович, конкретизируйте вопрос, пожалуйста,— выдохнула, всё-таки найдя в себе силы подняться, обойти стол и посмотреть на бумаги в его руках. Если бы Андреев не тряс ими в возмущении, то различить заголовок мне было бы несказанно проще. А так пришлось щуриться и чуть ли не головой мотать в такт.
— Ты хоть понимаешь, что это за контракт? — изменил тон начальник, разглядев вежливое безразличие в моих глазах.
Да, я прекрасно знала, что это за контракт, и была в курсе, кто заказчик. Чего не знала в принципе — так это какой нехороший человек составлял этот проект. Лаборатория, в которой мне «посчастливилось» работать, занималась исследованием нефти и иже с ней. Заказчиками были различные независимые и зависимые нефтяные компании и прочие сильные мира сего, занимающиеся разведкой и разработкой недр нашей богатой на полезные ископаемые страны.
— Нет там ничего, они промахнулись,— сделала пару шагов до вешалки, стянула белый халат. Точнее, белым он мог зваться в начале года. Сейчас же это был местами и не белый, местами и не халат.
А ведь было у меня нехорошее подозрение, что начальнику всё равно придётся именно доказывать с пеной у рта, что все пять тысяч метров разведывательной скважины, на которую возлагалось столько надежд, были пробурены где-то не там. Слишком часто Андреев заглядывал ко мне в отдел, интересовался промежуточными итогами. А я всю неделю целыми сутками билась над пробами. Шутка ли, столько образцов прогнать в кратчайшие сроки! Но так толком и не увидела никакого результата, приемлемого для подписания контракта. О чём честно и написала в отчёте. В том самом, которым в данный момент и трясли перед моим лицом.
— Наталья, если ты прямо сейчас…
Мне остро захотелось удавиться. Чтобы понимать масштабы этого желания, надо было видеть моего начальника воочию. Андреев Михаил Кириллович,— выше меня на две головы и вдвое шире,— этот седой профессор был крайне громкоголосым и многословным. Как и большинство светлокожих людей, он быстро и густо краснел от гнева, лицо часто кривилось в гримасах. Когда только пришла на работу, откровенно боялась его. Только из университета, молодая специалистка. Что ему не нравилось больше: мой возраст или мой пол, я понять так и не смогла. От одного вида этого огромного, громкого, властного мужчины тянуло голову в плечи вжать. Но только первый месяц, потом меня переклинило, начала вживаться в коллектив, спорить с начальством, задавать вопросы, изредка хамить, если совсем доводили. И делать то, что умела лучше всего — пахать.За это начальник, сначала смотревший на меня как на временного стажера, начал меня слегка уважать. Ну или мне хотелось так думать.