По пути последний остановился, и направил сильную стабильную струю огня в сторону одной из теней, начиная сжигать её. Этот процесс не был быстрым, занимал несколько минут и требовал хорошей концентрации, именно поэтому стихийники так полагались на купола.
К этому моменту я наконец добралась до гражданских. Тени всё ещё медленно двигались, третья тень вошла в зону действия купола, а командира и других ликвидаторов по-прежнему не было видно.
— Вы спасли мне жизнь, — услышала я шокированный голос мага, который так бездумно разбрасывался огненными сферами.
Я узнавала этот голос.
Вплотную ко мне стоял Макс Фуллагар.
Что он здесь делал? Хотя, почему я удивлена? Дом его отца совсем рядом. Скорее всего, Макс навещал семью и просто оказался поблизости. Я подозревала, что с другой стороны огня сильные стихийники тоже помогали с тенями — только они знали, что делали, или их хотя бы координировали. И я надеялась, что они действуют под хорошей защитой куполов.
Макс действительно не был обучен действовать с тенями. Обучение проходят все высокоуровневые стихийники до двадцати пяти лет, но только после того, как закончат академию. До тех пор использование магии для них было незаконным.
Альфа-Двенадцать продолжал жечь первую тень, но опасность для нас ещё не миновала. Одна из теней находилась очень близко, а вторая приближалась — действие купола было сильнее у основания артефакта и слабее по мере удаления.
Командира я по-прежнему не видела, поэтому приказала Максу:
— Температура горения пять с половиной тысяч, стена три на пять метров, толщина метр, равномерная температура, равномерная плотность. Отправь в направлении теней, длительность пять секунд.
Макс смотрел на меня в шоке.
— Что? Это невозможно.
— Для других нет, но ты, знаешь ли, особенный. Думать об этом будешь завтра, действуй! Я знаю, что ты не просто сын Теда Фуллагара, ты способен на большее, куда большее, — сказала я со всем чувством, на которое была способна. Макс в будущем был мастером этого заклинания и справлялся за секунды. Он может.
Макс ничего не говорил, но смотрел на меня взглядом, которого я не ожидала. Взглядом, полным боли. Словно я попала по самому больному месту, словно он действительно считал себя просто сыном одного из самых богатых людей Астурии. Ещё одна тень вошла в зону действия купола, а я вернулась к зарядке купола — мне придётся многое объяснять Себастьяну Торну. Я уже превысила свои приказы и превысила объём резерва, который могла использовать, но я верила, что моя оценка риска была правильнее той, что нам выдал координатор, и собиралась объяснить свою позицию.