Мы смогли дойти только к дивану в гостиной. Я сама толкаю Марата на него и мы немного меняем положения. Едва я опускаюсь ниже и целую один за другим кубик пресса Марата, чувствую, как осторожно входит Кир.
Едва прохожу носом по штанам Марата и вдыхая его запах вместе с ненавязчивым запахом порошка, я зажмуриваюсь.
— Вы меня убьёте утром… — шепчу я, наслаждаясь каждым движением Кирилла. Он задевает мои стеночки и проходится по чувствительным губам, целует мою спину, иногда прихватывая зубами кожу.
— Нет, — выдохнул Кирилл.
— Эй, — Марат очень неожиданно поднял меня и взял несильно за шею, но у меня определённо поехала крыша. От его власти и такой пьянящей уверенности. — Отдай нам эту чёртову ответственность, малышка. Закрой глаза. Перестань думать. Твоё тело решило за тебя.
— Марат… — шепчу я не своим голосом. Его слова возбуждают только сильнее. — Отпусти, я не закончила.
— Только если не станешь нас отвлекать. Повтори ей, — хриплым голосом говорит Кир, замерев внутри меня.
— Если не станешь отвлекать, — кивнул Марат. — А он неплох, — подмигивает мне.
— Он самый… Самый лучший, — прошептала я.
Первые ласки получаются неумелыми и совершенно неуверенными. Кажется, ещё немного и Марат рассмеётся и уйдет, или попросит не продолжать. Но едва я дрожащим языком обвожу головку и нежно продолжаю ласки, мужчина стонет и откидывается на диван.
А ещё Кир не просто возобновил движения. Он стал словно резче и сильнее, размашистее входить, да так, что пошлые звуки вскоре стали громкими и одновременно — очень звонкими и возбуждающими. Я помогала себе рукой, другой при этом опираясь и боясь упасть на Марата. Но моих действий было вполне и вполне достаточно. Мало того, что вскоре от этой дикой скачки и жёстких шлепков задрожал внутри меня Кир, так ещё и Марат в один из моментов не дал мне выпустить его член, глубоко в горло изливаясь горячим потоком. Я кашляю, не успевая всё принимать и из глаз брызгают слёзы.
— Бля, контролируй себя, — ругается в ванной Кир. Я моюсь в душе, пока как мужчины заняли раковину и ванну.
— Кто бы говорил! У неё попка красная теперь! — Марат кивает на мою попу.
— Красивая попка, не надо, — Кир хмыкнул.
— Перестаньте, — я становлюсь между ними, прижимаюсь спиной к Марату и кладу руки на плечи Кириллу. Чувствую, как ладони математика сами находят места, которые так хочется потрогать. — Главное, чтобы вам было не очень противно…
— Мне хорошо, правда, — тихо говорит Кир. — Я хочу тебя не менее, этого очень мало. Но нам нужно быть осторожнее. Я и сам не сдержался… Ты ведь словно нежный цветок…