Он опускает ладони вниз, на бёдра и поднимает халат. Разводит ткань в стороны, оголяя меня и толкается в попу своим стояком.
— Ты себе представить не можешь, как я сильно хочу тебя, — Кир дышит тяжело и водит губами и носом по моей шее, заводя все мои инстинкты и нервные окончания. Я уже не принадлежу самой себе. Огромная волна возбуждения меня накрывает так, что я выдыхаю ртом. Она доходит до низа животика и собирается в тугой комок вожделения. Не оставляя мне выбора. Сжигая весь разум на своём пути. Я выгибаюсь в его руках, даже не пытаясь бороться.
Я хочу его. Хочу их. Мне нужны они оба, чтобы в полной мере понять сама себя.
25
Внезапно передо мной появляется Марат. Он садится на мой стул и смотрит, следит за рукой Кирилла, которая опускается к трусикам.
— Что-то идёт не по плану, малышка… — хрипло шепчет Кир. — Останови меня…
— Нет, — то ли это выдыхаю я, то ли меня всецело поддерживает Марат. Но мы это выдыхаем одновременно. Вместе с тем, как его ладонь ныряет в трусики и находит набухшие губы. Он легко обводит ноющий клитор, от которого тут же бьёт всё моё тело разрядами тока. Я ловлю Кира за шею и стону, откидываясь на него.
Очень неожиданно мой лифчик спадает на талию. Никто его расстёгивать не спешит, но за то возбуждённого соска тут же касаются горячие губы. Мокрый язык лижет, обводит один, после второй, возвращается к первому… Пока меня подбрасывает на остром, сильном и горячем оргазме. Словно мне нужно всего лишь, чтобы эти были они.
— Я всё, не могу больше… — Кир резко поднимается. Это было неожиданно, что даже Марат прикусывает мой сосок. И ему приходится немного отойти, ибо Кир меня не отпускает. Он садит меня на столешницу кухни и жадно впивается в губы, шаря по ящичкам.
— Бля, где они, Мар? — шипит сквозь поцелуи Кир и выдыхает, когда в одном из шкафчиков находит нужное. Я завороженно и немного жадно смотрю, как он раскатывает прозрачный латекс по члену и приставляет его к мокрым губкам. Прикусываю губу, чувствуя на нас его взгляд. Кир медленно скользит, будоража все внутренности всего лишь первым движением. Я дрожу и хнычу, привыкая к его размеру.
— Больно? — шепчет нежный и ласковый мужчина, гладя меня по щекам.
— Нет, — сглотнула. — Мне хорошо… Очень хорошо, Кир… — обнимаю его за шею. — Я люблю тебя…
— Моя любимая девочка, — он замирает, войдя до упора. — Какая ты горячая и сладкая… Нежная…
— Я хочу его… — тихо напоминаю о Марате. — Позволь нам перейти куда-то, чтобы… Позволь мне сегодня быть с вами обоими… Чтобы ему тоже было хорошо…
Он не выходит из меня, просто подхватывает на руки и я уже сама цепляю за цепь Марата. Тот пьяно и как-то очень жадно ухмыляется, послушно идя за нами.