Еще недавно перспектива быть отчисленной из Магиуса привела бы меня в ужас. Но с тех пор все изменилось, например, на ногах у меня появился несовместимый с жизнью рисунок. У Мэрдока наверняка тоже, или появится в самое ближайшее время.
— Неужели, вы еще не поняли, что на кону стоит нечто большее, чем диплом этого учебного заведения? — с сарказмом поинтересовался Альберт и нагнулся у Этьену. Демон поднял голову и оскалился разбитыми губами, на которых грязь смешивалась с кровью. С кровью, которая не текла.
— Вот и расскажите мне, что, по-вашему, важнее.
Крис остановился напротив учителя и тот замолчал. Несколько секунд они пристально смотрели друг другу в глаза, а потом, Оуэн с некоторым сожалением предупредил:
— Будет больно.
— Не посмеешь! — Магия снова стала закручиваться в ладони милорда Виттерна.
Но Крис посмел, он ударил учителя в живот, Мэрдок едва успел убрать нож, когда магистр согнулся, а зерна изменений осели на клинке Оуэна, отталкивая его в обратную сторону. Кончик лезвия чиркнул по скуле моего рыцаря, но и только. Крис поудобнее перехватил клинок, возвращая себе контроль над оружием и ударил снова. На этот раз по затылку рукоятью. Йен Виттерн упал в грязь и больше не шевелился.
— Девы, что он делает? Мэрдок, скажи ему. Так нельзя! — запричитала Гэли.
И к моему удивлению Хоторн послушался, правда произнес нечто иное, нежели ожидала услышать подруга.
— Грубо, — констатировал он. — Можно было сделать это иначе.
— Как? — с сарказмом уточнил Крис. — Взять с него честное благородное слово мага не атаковать, как только повернемся к нему спиной? Я предпочитаю что-то более надежное.
— Он прав, — сказала неожиданно появившаяся Цецилия. — Вы оба правы. Это было грубо. — Она склонилась над учителем. — И у нас нет выбора. Как и времени. — И словно в ответ на ее слова, где-то в Академикуме забился тревожный колокол. — Он жив и это главное.
— Бери этого, — скомандовал Крис, и Альберт рывком поставил Этьена на ноги. — Пора уже поговорить с одни из них.
— Пора, — согласился кузен, вдруг выдернул из брюк ремень. — Но говорить он сможет и со связанными руками. — И с этими словами стянул запястья Этьена на спиной.
— Штаны не потеряй, разговорчивый ты наш, — попенял Альберту одержимый рыцарь, за что схлопотал удар в бок, но при этом все равно продолжал скалиться.
— Они могут говорить на расстоянии, — сказала я и, понимая, как это прозвучало, стола торопливо объяснять. — Они общаются внутри своих голов, словно на диване в гостиной. И уверена, остальные уже в курсе, где мы и куда пойдем. Все что видит он, видят и они.