— Допустим, но нам-то какое до этого дело? — медленно проговорил Феникс.
Я специально оставил информацию о детях напоследок, справедливо полагая, что после этого уже ни про какое древо ничего рассказать не смогу.
— В-третьих, чтобы вы понимали мотивы. Снегурочки действовали не по своей воле, а потому что их дети находились в заложниках, — Феникс хотел что-то резко возразить, но я вскинул руку и быстро продолжил, не дав ему такой возможности, — прежде чем обвинять, вспомни, из-за чего ты пытался взорвать гору, и пойми, что матери могут пойти на многое ради своих детей. Даже на такое. Я не прошу тебя их просить, я хочу, чтобы ты просто понял, почему они это делали!
Жара вцепилась в плечо Феникса, чтобы он не вспылил, и ему удалось сдержаться.
— В-четвёртых, возможно, ваш ребёнок жив, — сказал я, — подчёркиваю, возможно!
— Что? Что ты такое говоришь? — растерянно произнесла Жара.
— Этого не может быть… — потрясённо сказал Фенис.
До него начало доходить, что если я говорю правду, то дети могли находиться только здесь. А он приложил столько усилий, чтобы это место уничтожить. То есть он сам всё время пытался убить своего сына, пусть и не зная об этом.
— Постой, постой, постой… — схватила Юки меня одной рукой за локоть, а второй начала усилено тереть себе лоб, — постой… мне не нравится то, что ты сказал… ты говоришь, возможно… почему, возможно? Ты же видел детей, почему же возможно? — Юки сделала шаг, оказавшись напротив меня, посмотрела мне в глаза и вдруг истерично закричала, — выжили не все? Не все? Да?
— Да, — вынужден был признаться я, — но я не знаю, кто жив, а кто нет. Большинство уцелели. Подавляющее большинство!
— Но не все! — сломавшимся голосом крикнул Юки и упала на колени, — не все! А должны были все!
Шок, что она, возможно, всё это время служила Карачуну зря, а также то, что дети, которых они ему приносили и которые тоже должны были выжить, частично мертвы, всё это подкосило японку.
— Погоди, Юки, может быть наши живы! — присела рядом с ней Снегурочка.
— А остальные? — сказала дрожащим голосом Юки, и вдруг не выдержала и разрыдалась, — а остальные как же? Я только этим себя и утешала, что они останутся живы!
Феникс с Жарой стояли и потрясённо смотрели на бьющуюся в истерике японку.
— Нужно найти Снежану как можно быстрее, — сказал я, — тогда всё и выяснится.
— Снежана жива? — хором воскликнули Феникс и Жара.
— Да, она должна была освободить и вывести детей, — сказал я, — но мы не смогли найти к ней проход. Впрочем, это даже хорошо, зато тебя успели остановить, а то ещё неизвестно, к каким последствиям привёл бы твой взрыв. Снежана выступила против Карачуна первой и поплатилась… хорошо, что не жизнью, а всего лишь свободой.